Глава 36
Проснувшись, Уитни обнаружила, что мужа рядом нет, и сердце стиснуло привычной тоской: на какое-то ужасное мгновение показалось, будто ночь, исполненная жгучей страсти, ей всего лишь пригрезилась во сне.
Она поспешно перекатилась на спину, отчаянно огляделась и увидела его. Клейтон в любимом темно-красном халате, очевидно, принесенном слугой, сидел у окна, в нескольких шагах от кровати, за столиком, на котором стоял серебряный кофейный сервиз. Тяжелые шторы были наполовину раздвинуты, пропуская яркие солнечные лучи.
На голубом небе не было ни единого облачка, зато лицо Клейтона было мрачнее грозовых туч. Он рассеянно смотрел в пустоту, словно унесся мыслями куда-то очень далеко. Уитни невольно поежилась. Неужели стена, возникшая между ними последнее время, никуда не исчезала? Почему же несколько часов назад он казался таким пылко влюбленным?
Накинув синий шелковый халат, в котором была вчера вечером, Уитни, бесшумно скользнув по восточному ковру, осторожно коснулась его плеча. Клейтон, погруженный в невеселые думы, испуганно вздрогнул.
– Почему тебя не было в постели, когда я проснулась? На секунду мне даже показалось, будто я все себе напридумывала и тебя вовсе со мной не было.
Выражение лица Клейтона немного смягчилось. Сжав руку Уитни, он нежно, но решительно притянул ее к себе и усадил на колени.
– Как ты себя чувствуешь? – шепнул он, обнимая жену за талию.
– Возмутительно хорошо для женщины в моем положении, – пошутила она, пытаясь развеселить мужа. – Хотя, если остаюсь одна хотя бы на несколько минут, к моему величайшему прискорбию, начинаю немедленно клевать носом.
Накрыв ладонью ее живот, Клейтон смущенно поинтересовался:
– А как малыш?"
"– Мы оба в полном здравии и благополучии, особенно теперь, когда ты с нами, – заверила Уитни.
Клейтон удовлетворенно кивнул, но тут же снова нахмурился.
– Я сидел тут, размышляя… – вздохнул он.
– Терпеть не могу, когда ты впадаешь в подобное состояние, – шутливо заверила Уитни, разглаживая морщинки у него на лбу.
– В какое именно?
– Ненавижу, когда тебе в голову приходят грустные мысли.
– Прости… – начал Клейтон.
– Так и быть, на этот раз прощаю, но больше никаких раздумий.
Клейтон вымученно улыбнулся, но проигнорировал ее трогательные усилия вести себя так, словно между ними все улажено и прошлая ночь все вернула в прежнее русло.
– Открыв глаза, я понял, что не только не извинился за свое непростительное поведение, но и не объяснил причины случившегося. Позволь сделать это сейчас.
