Укрощение невесты

— Мерри, дорогая, мы пока еще мало знаем друг друга, но я легла в брачную постель, не зная, чего ожидать, и чувствовала себя очень неловко. Понимаю, что твоя мама давно умерла, и, скорее всего, у нее не было возможности поговорить с тобой о первой брачной ночи. — Эдда сделала паузу, прикусила губу и спросила: — Ты знаешь, что должно произойти?

Мерри сначала подумала, что легче всего соврать. Не нужны ей никакие объяснения этой почти незнакомой женщины. В Стюарте она выполняла самые разные обязанности, в том числе помогала лекарю оказывать помощь больным и раненым.

Она видела обнаженных мальчиков и даже одного или двух раненых мужчин. Иными словами, она знала, каковы физические различия между мужчиной и женщиной. Она даже предполагала, что именно должно произойти в спальне, но не имела ничего против того, чтобы узнать точно. Поэтому ее ответ был кратким:

— Что ж, тогда… — Она сделала паузу, снова прикусила губу, вздохнула и улыбнулась. — Знаешь, теперь я понимаю, почему моя мама ничего мне не объяснила.

Она только сказала: «Он будет знать, что делать. Просто подчиняйся мужу и делай то, что он говорит».

Мерри тоже улыбнулась, но ее улыбка получилась вымученной.

— Если вам неловко, можете не говорить.

— Нет, все в порядке. — Эдда ободряюще похлопала ее по руке. — Легче, когда всё знаешь.

Мерри кивнула и стала ждать. Ожидание несколько затянулось.

— Ладно, — наконец твердо проговорила Эдда. — Понимаешь, мужчины сложены не так, как женщины. У мужчины есть… — Она опять замолчала, в очередной раз прикусила губу, потом просветлела лицом, словно решила сложнейшую задачу, и продолжила: — Ты когда-нибудь видела, как повар разделывает цыплят?

Мерри недоуменно заморгала, не вполне понимая, при чем тут цыплята, но послушно ответила:

— Так вот, значит, ты видела, как повар отрезает у цыпленка шейку, прежде чем бросить ее в суп.

У мужчины есть примерно такая же между ногами.

— Цыплячья шейка? — удивилась Мерри… Она ни за что бы не назвала так ту часть тела мужчины, которую ей один или два раза приходилось видеть.

— Что-то вроде, — нахмурилась Эдда. — Только побольше… во всяком случае, когда мужчина возбужден…

— О… — Слов у Мерри не было.

Эдда торжественно кивнула.

— Эта часть тела у мужчины выглядит очень странно. Она торчит, словно приставленный не в том месте нос, но ты не должна смеяться, когда впервые это увидишь, — предупредила женщина, — иначе мужчина может сильно оскорбиться.