Укротить хищника (СИ)

Мысленно отсчитывал минуты, стараясь понять — как ещё долго нам нужно тянуть время.

Насчитал десять, прежде чем увидел, как Петрович посмотрел на экран своего телефона, который держал в руке. Он прочитал сообщение, по-быстрому закруглил разговор и поднялся со словами:

— Будем ждать вашего звонка, Захар Александрович. И ещё раз, простите за такой внезапный визит.

И уже когда мы все втроём выходили из кабинета, Петрович чуть улыбнулся и кивнул мне, подтверждая, что Олег похоже справился.

В моём представлении Грачёв был пожилым мужчиной и обязательно неприятной наружности — уж такой образ у меня сложился, судя по рассказам дяди Вовы, Ивана Петровича и Сергеем.

Ведь когда рассказывают про человека, который способен на такие жуткие вещи, то всегда представляешь себе что-то некрасивое и отвратительное.

Полным шоком стало то, что он оказался не таким старым, как я думала. Да и внешность очень даже приятная, как ни странно.

Единственное что выдавало его мерзкую натуру — это взгляд. Взгляд человека, который думает, что ему всё дозволено.

И самое страшное, абсолютно уверенного в том, что ничего ему за это не будет. Этакий хозяин жизни, для которого убийство детей, которые мешают его планам — это раз плюнуть.

В последствии, когда я рассказывала о времени проведённом в подвале, многие моменты просто-напросто не могла «воспроизвести». Словно память — это одна большая картина, состоящая из пазлов-воспоминаний. И из этого полотна кто — то выдернул большую часть кусочков. И как бы я не пыталась вспомнить то, что «потеряла» — ничего не получалось.

Возможно, это последствия лекарства или какого-то наркотика, а возможно — я просто не хотела оставлять в своей памяти страшные для меня вещи.

Но две вещи я помню чётко — боль и один и тот же вопрос.

Первая — один и то же вопрос, повторяющийся раз за разом: «Куда ты дела пацанов?», на который я не отвечала, и после чего следовала расплата за моё молчание.

И вторая — боль от ударов Грача, которые он наносил сам, без привлечения своих людей.

Это были либо пощечины по лицу, либо удары кулаком в область живота. Упасть при этом на пол не давали — один из тех, кто был в парке и привёз меня сюда, постоянно находился позади и держал за плечи по приказу своего хозяина.

Даже не услышала, когда он дал команду своему человеку меня отпустить. Именно тогда я и полетела на пол после пощечины Грача. В это же время прервала своё молчание, посчитав, что к этому времени Олег уже должен был доставить близнецов к Сергею.