Укротить хищника (СИ)

Когда я ударилась головой и стала терять сознание — для меня это стало спасением. Как бы не старалась казаться храброй, но я не знала — выдержу ли такой вид насилия над собой? Это была последняя мысль, промелькнувшая перед тем, как мне провалиться в темноту.

Из беспамятства на несколько секунд меня выдергивали голоса, которые я слышала, но не понимала: ни что говорят, ни кто это был.

Первые осознанные мной голоса — такие родные детские голоса близнецов. И слова, произносимые почему-то шепотом:

— Сереж, а почему Света так долго спит? Уже два дня прошло, а она всё не просыпается? — голос Лёши звучал обеспокоенно.

— Сережа же сказал — так надо! Ты совсем глупый, что-ли? — Ванька не смог оставить без внимание слова своего брата. Он самим собой не был бы, если бы не попытался возразить Лёшке.

— Так… — Сергей ответил мальчикам тоже шепотом. — Давайте-ка на выход. Чувствую, Света точно проснётся от ваших препирательств, а ей нужно покой и сон.

Их слова запустили цепочку воспоминаний, произошедших со мной с того момента, как меня забрали из парка.

Сил открыть глаза и сказать, что я их слышу, не было совсем. Сознание опять уплывало в темноту, в которой я пребывала до этого.

Но единственное, что я почувствовала в тот момент — это огромное облегчение.

У нас с Олегом всё-таки всё получилось!

Мальчики живы, здоровы и в безопасности под присмотром своего дяди.

Из беспамятства меня опять выдернули голоса. Вот только в этот раз это были не голоса мальчишек с Сергеем, а баритон Ивана Петровича и незнакомый мне женский голос.

Ощущения во всём теле были странные. Я вроде как и чувствую своё тело, но контролировать его не могу. Одно радовало — не чувствовала никакой боли, которая должна была присутствовать после ударов Грача.

С надеждой, что я увижу мальчиков, постаралась открыть глаза. Попытки с третьей мне это удалось и стала осматриваться вокруг, пытаясь понять где я. Боже, даже прослезилась от облегчения, когда поняла что меня окружают знакомые предметы мебели — это была моя спальня в доме Сергея.

Единственный инородный предмет в комнате — стоящая возле моей кровати капельница, которая была подключена к руке, и в которой находилась какая-то прозрачная жидкость.

Оторвав взгляд от тихо падающих капель в системе, посмотрела в ту сторону, где звучали голоса.

Возле окна действительно стоял Иван Петрович и незнакомка, где-то одного возраста с нашей домработницы.

Первой, что я пришла в себя, заметила женщина, которая до этого что — то тихо говорила адвокату.