Укротить майора

Только бы ему не встретился на пути бык Гришка, подумала с опаской. Зато в таком виде и пахнущий мною он точно не поедет на следующий вызов. Такого проститута никто на порог не пустит. Кроме меня…

А вдруг он захочет вернуться?

Глава 5

Я шёл по улице, как последний еблан, в проперженной до дыр одежде, в тапках на два размера больше и благоухающий сладкими женскими духами.

Меня даже гуси обошли стороной. Ни один, даже самый вредный и наглый гусак с шипением не погнался за мной. Страх номер один моего детства, кстати.

"Когда летом гостил у бабки с дедом, то обходил этих жирных птичек десятой дорогой. А уж с каким удовольствием уплетал гусятину, мм…

От мыслей о еде в желудке требовательно заурчало. Анжела наняла профессионального повара, который наготовит блюд к застолью в честь моего дня рождения.

Я был против, если что, и предлагал без понтов пожарить шашлычок. Но кто меня послушал?

Если гости уже приехали, то я произведу фурор. Здрасьте, я дядя бомж!

Уж лучше бы в плавках одних прогулялся, честно слово, чем так…

Я прошёл мимо чёрного Мерса, полностью погружённый в свои думы.

Что такое?

Остановился и понаблюдал, как из машины вышел тот тип, который якобы сосед. Он пошёл прямиком к калитке Даны.

Дождался падла, когда я уйду и юркнул к ней. И как-то неприятно стало, сразу после меня другого позвала… А мне показалась, что рыжуля девственница, но видимо и вправду – показалось.

Или не звала хлыща, а он сам приехал? А когда меня увидел в трусах, зассал и соседом представился.

Надо проверить, какого ху…денького этому хрену с горы надо от Даны.

Развернулся и пошёл обратно, пытаясь разгадать загадку этой женщины. То ли у неё не все дома, то ли она мутит воду, мороча голову всем подряд.

Вошёл во двор и без стука толкнул дверь в дом.

Моему взору предстала потрясающая (нет) картина: хлыщ успел раздеться до трусов, зубами он сжимал розу, а на шее у него был повязан красный бантик.

Дана смотрела на него с немым изумлением и слепо шарила по столу, явно ища нож или какое-нибудь другое острое орудие.

Ревность вгрызлась в мою грудь острыми зубами, из носа вырвался горячий пар. Сейчас я его спущу с порога нахрен.

– Ты кто такой? – грозно спросил я.

– А ты? – не остался в долгу парниша, которого язык не поворачивался назвать мужиком.