Укротить Ураган

Никакой прелюдии не требовалось, он до боли в каждой клетке, в каждой мышце, хотел свою ведьму.

Его руки действовали стремительно, словно отдельно от головы. Стащили трусики за долю секунды. Пальцы зарылись в длинные спутанные пряди на затылке и притянули голову девушки ближе, заставляя склониться и замереть. Вторая рука безошибочно пробралась ниже, где еще секунду назад находились чертово белье, снившееся Тарасу этой ночью.

Дышать стало совсем невмоготу, когда пальцы проникли во влажный жар, когда мозг понял, что ведьма не врет, она действительно хочет его.

И волна, размером с цунами, всколыхнулась в теле Тараса, дернула его и накрыла, не давая и шанса на глоток воздуха.

Где-то билась мысль, что презервативы в тумбочке, но обличить мысль в слова или в действия он не мог.

— Презервативы? — Иветта первой прошептала хриплым, сводящим с ума, голосом.

Ее грудь опадала в такт дыханию, увлекая и не позволяя Тарасу выплыть на поверхность реальности. Его хватило только на то, чтобы мотнуть головой в сторону тумбы.

Ему было плевать, если она не поняла. Самым важным для него сейчас было ее тело, плотно обхватившее его пальцы, и дрожащее от каждого малейшего движения.

Как именно Ивки удалось дотянуться до тумбы — она не знала. Все тело скрутило и разрывало от напряжения и эмоций. Короткие, жадные и требовательные поцелуи любимого рта срывали малейшие барьеры, который сознание Иветты интуитивно попыталось выстроить. Тихие стоны, каждый раз слетавшие с губ, когда Иветта двигала бедрами навстречу ласкавшим ее пальцам, рвали ее крышу и все сознание в целом.

Горячая, возбужденная плоть упиралась в нее, подрагивая и притягивая магнитом.

В руке Иветты оказалась пачка презервативов. И самое время было развернуть их и использовать по назначению. Но руки дрожали, а мысли давно покинули бедную голову хозяйки. Пачка выпала из дрожащих пальцев, а Тарас словно и не заметил.

Одним рывком он перевернул Ивку, заставив улечься на спину.

Отвел скрывшие лицо волосы в сторону, навис над девчонкой, удерживая вес тела на локтях.

— Я все решил, Иви… — хрипло прошептал Тарас, но Ива не позволила ему говорить.

Обхватив его голову, с силой впилась во влажный рот, раздвигая сомкнутые губы и покоряя их, подчиняя себе и своей воле.

Судорожные выдохи смешались, сплетаясь в один глубокий и протяжный стон. Горячие ладони сжимали покатые бедра, фиксируя в нужном положении.