Укротить Ураган

А Тарас стоял близко-близко от напряженной фигурки девчонки и, склонив голову, практически приблизив свое лицо к милому личику Ивки, пристально смотрел в карие глаза, будто собирался найти в них ответы на все загадки Вселенной.

— Я серьезно, — тихо прошептал Тарас, — Давай поженимся.

— Угу, прямо завтра, — опешила Ива, а потом, когда по глазам парня поняла, что он не шутит, добавила, — Малыш, у меня мать в психлечебнице, отец-пофигист, приданого как кот наплакал. Невеста из меня так себе. Да и у тебя проблем за гланды.

Одна бабуля чего стоит. Нет, заяц, идея у тебя появилась тупиковая.

— Плевать, плевать на всё! — выдохнул Тарас и обхватил лицо Иветты ладонями, — Ты меня в первый раз назвала ласково.

— Да? Не помню, — так же тихо говорила Иветта, плавясь от горячих пальцев своего полубога, ласкавших ее щеки, шею, затылок.

Движения рук парня были настолько осторожными и ласковыми, что Ивка даже и не думала сопротивляться. Да и зачем? Она уже окончательно сдалась и только природная вредность и строптивый нрав не давали полностью покориться воле полубога.

Вот только ее юное сердечко так сильно истосковалось по чувствам, по теплу, по ласкам и по тем ощущениям, что испытывала она рядом с полубогом, что Ивка не смогла сдержаться.

Ее руки вытянули рубашку из брюк, пробрались под тонкую ткань сорочки, и ладони распластались по горячей коже спины, пробегая по мускулатуре, и юркнули к поясу. Вольных с радостью принимал все прикосновения девчонки, отзываясь на них и ожидая большего.

Он хотел всю ее целиком, вместе со строптивым характером и колким язычком. И ждать больше не собирался.

Подхватив Ивку на руки, Вольных шагнул в сторону коридора.

— Еда, еда горит! — возмутилась Ива, взмахнув рукой в сторону плиты.

Парень вернулся, так и не выпустив ценную ношу из крепких рук, выключил плиту и уже более стремительно умчался в спальню.

Постель, аккуратно заправленная, словно ждала появления Иветты в холостяцком жилище полубога. По крайней мере, Иветта оказавшись на подушках, разобрала тонкий аромат свих же дорогих духов.

А потом, когда Тарас, сбросив домашние тапки и стянув рубашку через голову, прилег рядом с Иви, все мысли из головы Шуховской испарились.

Как же она соскучилась по рельефу мышц своего полубога! Немыслимо, невообразимо сильно! По его ласковым рукам и манящему рту. По его ярко-голубым глазам, взирающим на нее с жаждой и нетерпением.

— Я скучала, — тихо призналась Иветта, позабыв обо всех обидах.