Улыбка 45-го калибра

Как хорошо, что это сон! Я не хочу возвращаться на ту дорогу и в ту деревню, где не было магистрального газа, воды и теплого туалета, а на робкую просьбу протопить печь хозяйка, кстати, взявшая за свою халупу немалые по тем временам деньги, целых триста рублей, сурово отвечала:

– Летом кто ж топит? Хочешь жары, езжай в Ташкент.

– О-о-о, – понеслось из коридора, – помогите, ну помогите же!

А вот это уже явно не сон! Быстро накинув халат, я выскочила в коридор и попятилась. Может, все еще сплю и вижу кошмар?

По коридору, горько рыдая, шла совершенно лысая незнакомая мне женщина, прижимавшая к груди абсолютно голого младенца.

– Вот, – кричала, – вот, что получилось, сыночек любимый, мальчик мой, котик…

Через секунду я сообразила, что у лысой тетки в руках не ребенок, а нечто, напоминающее ободранную тушку кролика. Но самое удивительное, что эта тушка довольно бодро вертела головой с треугольными ушами. Тут наконец до меня дошло, что это кошка, породы сфинкс, без шерсти. Животное, похожее на инопланетное чудовище.

– А-а-а, – в голос плакала баба, – а-а-а.

– Здравствуйте, – на всякий случай сказала я, – очень приятно познакомиться, Даша. Может быть, могу чем-нибудь помочь?

– Пошла ты на… – простонала незнакомка, – еще и издевается! Не узнала меня?

– О-о-о, – вновь завопила тетка.

Тут наконец захлопали двери, и в коридор начали выходить домашние в разной степени раздетости.

– Тетя Рита, – вежливо спросила она, – а зачем ты побрилась?

– Рита? – закричала я. – Это ты? Господи, что случилось? Вызывайте срочно «Скорую»! Какой кошмар, ты заболела?

– Не знаю, – прошептала Замощина, – самочувствие нормальное, вот только волосы…

– Похоже на лучевую болезнь, – серьезно заявила Маня. – Ты в Чернобыль не ездила?

– Не неси чушь, – дернула Зайка Маруську.

Но ту не так-то легко остановить.

– А еще подобное случается с теми, кому колют химию, – продолжила девочка. – Ты никакие лекарства не ела?

– Где ты взяла сфинкса и куда подевался Масик? – влезла я.

– Это он, – прошептала Замощина и стиснула голое чудище.

– Масик? – изумился Аркашка. – Но он же был такой пушистенький, черненький…

– Делать-то чего? – взвыла Ритка. – Хотела как лучше, столько денег отдала.

– Так, – раздался спокойный голос полковника, – главное, все живы.