Улыбка 45-го калибра

– Ну спасибо, – вызверилась Замощина, – без тебя поняла! Если бы наша милиция хорошо работала, то и мошенников бы не существовало!

В этой фразе вся Замощина. Нет бы себя винить за глупость!

– Бедный Масик, – причитала Ритка, – он теперь все время трясется, еще заболеет, и как мне жить с такой головой?

– Знаю! – заорала Маня и унеслась.

– Масика надо положить в коробку к Черри, – посоветовала Зайка, – там полно собачат, котят, вот ему и станет тепло.

– Мой Масик ни за что не будет лежать рядом с вашей противной пуделихой, – ответила Замощина.

Но я быстренько выхватила у нее дрожавшего мелкой дрожью «сфинкса», бегом понеслась к собачьему ящику и пихнула несчастного кота в шевелящуюся гущу разноцветных комочков. Черри даже ухом не повела. Пуделята, мопсята, котята, а теперь еще и лысое нечто подсовывают. Всем своим видом собака выражала полное смирение: делайте, что хотите, мне уже все равно.

Еще больше удивил меня сам Масик. Всегда сердито шипевший и вздыбливавший шерсть при виде наших собак, он быстренько закопался в груду детенышей и заурчал.

– Вот, надевай, никто и не догадается, что ты лысая. Я в нем Мальвину играла.

Багровая от злости Рита только молча открывала и закрывала рот.

– Ты издеваешься, – наконец прошипела она.

– Нет, – растерянно ответила Маня.

Понимая, что сейчас разгорится дикий скандал, я хотела было вмешаться, но тут Зайка заявила:

– Все, хватит, уже четыре утра, неплохо бы немного поспать.

Рита вновь принялась рыдать, я же потихоньку заползла в свою спальню и совершила то, чего никогда не делаю: заперла дверь изнутри. Сил объясняться с Замощиной у меня больше не было.

На работе я до обеда разбирала шкаф. Но ровно в час отложила тряпку и сообщила Регине:

– У меня шестьдесят минут отдыха!

Та скорчила противную мину:

– Нет, мне там дорого, схожу в магазин, куплю сырок и вернусь.

Регина постучала пальцем по циферблату:

– Смотри не опаздывай.

Но мне надоело подчиняться ей, и я фыркнула:

– Наемся и приду, никуда этот шкаф не убежит, его почти двадцать лет в порядок не приводили!

Регина зыркнула в мою сторону, но ничего не сказала. Зато Орест Львович мигом сообщил:

– Назад можешь не возвращаться, на сегодня все. Ты будешь нужна только завтра.

– Вот спасибо, – искренно обрадовалась я.