Улыбка 45-го калибра

Впрочем, какое странное совпадение: вчера умерла Роза Андреевна, сегодня – Владимир Сергеевич. Ни косметолог, ни директор института не выглядели больными. Роза Андреевна была просто цветущей женщиной. У смертельно больного человека не может быть такой нежно-розовой кожи, блестящих глаз и задорного смеха. А Шилова, сидя за столом в гостях у Рыкова, все время хохотала. Владимир Сергеевич рассказывал анекдоты, на мой взгляд, довольно примитивные и плоские, а Роза Андреевна просто покатывалась и восклицала:

– Ой, не могу, перестань, уже желудок болит.

Кстати, и Владимир Сергеевич вел себя как абсолютно здоровый человек. Он съел много закусок, среди которых были салаты с майонезом и копченая колбаса, потом преспокойно отведал довольно жирной свинины с картошкой, а в самом конце с видимым удовольствием выпил кофе с мороженым. Причем, учтите, что в течение обеда Владимир Сергеевич принял на грудь грамм триста коньяка. Согласитесь, что больной человек не станет позволять себе такое…

Я не успела до конца продумать ситуацию, потому что глаза наткнулись на необычную картину.

Как раз возле того места, где я стояла, распахнулось неширокое окно, замазанное белой краской, и показалась фигура, одетая в тонкую ночную сорочку. Не успела я удивиться, как женщина с растрепанными волосами перекинула через подоконник ноги, обутые в коричневые тапки из кожзаменителя, и оказалась во дворе. В ее взгляде сквозило безумие.

– Эй, эй, – попятилась я, – ты что? Лезь назад – холодно, простудишься.

Беглянка кинулась ко мне:

В ту же секунду я узнала Юлечку, беременную женщину, только что рыдавшую возле роддома.

– Они хотят убить моего ребенка. Умоляю, отведите меня к маме, скорей, пожалуйста! Я попросилась в туалет.

Глаза ее лихорадочно метались по моему лицу, на лбу блестели капли пота.

– Лучше идите назад и позвоните мужу, – посоветовала я.

– Он с ними заодно: очень рад, что решили вызвать искусственные роды.

Понимая, что бедняжка находится в истерическом состоянии и что никакие доводы рассудка на нее не подействуют, я взяла ее за руку.

– Хорошо, давай скорей, у ворот стоит машина, отвезу тебя, куда скажешь.

Юлечка всхлипнула и побежала со мной. В «Пежо» я спросила:

– Чей? – пробормотала Юля.

Все понятно, у несчастной совсем помутился рассудок. Случается такое с беременными дамами.

– Астрахань, улица Октябрьская, – пробормотала Юля.

– Астрахань, – безнадежно повторила Юля, – я не москвичка.