Уна. Семь прях. Книга 4

Я же, открыв книгу, слушала ее и понимала, что она рассказывает… Ойра была очень доброй и красивой. Иногда я мечтала, чтобы она стала моей мамой.

Лита показала мне коз – у них как раз родились козлята, нежные пушистые комочки с длинными мягкими ушами и янтарными глазами. Их все время хотелось гладить. Я вспомнила: старик говорил мне, что кормил меня молоком козы. Значит, я тоже немножко козленок.

У Вальтанаса было всего две козы, да еще сердитый козел и трое козлят, а собак было очень много, я даже не могла их сосчитать.

Они жили в специальных загонах, и Лита с Харзой по очереди выгуливали их три раза в день, чтобы они могли набегаться вдоволь по лесу и холмам. Когда собаки рыжей стаей мчались сквозь зеленую траву мимо огромных деревьев, мне казалось, что это самое красивое, что мои глаза видели в жизни. Но мне не разрешали подходить к ним очень близко. Это были какие-то очень важные собаки, их растили для самого царя Альтиды. Если честно, я была даже рада, что не разрешают: они были такие огромные, что у меня сердце билось невпопад, когда я на них смотрела. А еще я не могла услышать их язык. Я понимала, что он есть и Лита его немножко понимает, но сама не могла разобрать, о чем они говорят, эти рыжие собаки.

У Литы был и свой пес, которого она считала богом, – огромный, рыжий, с белым пятном на лбу и с удивительными фиолетовыми глазами. Лита хотела, чтобы я гладила его и играла с ним, но у меня не получалось. Он был слишком непонятный для меня. Зато он был очень верный, всюду ходил за Литой, совсем как моя Птица за мной.

Я скучала по Птице, но она все не возвращалась.

Это тревожило меня. Это да еще странный голос, от которого я просыпалась среди ночи. Голос звучал прямо в моей голове, больше похожий на какое-то шипение.

– Проклятая книга, – шипел голос, – все соврала! Обещала мне покой, обещала мне свободу, обещала мне, обещала, а что стало со мной? Глупые девчонки перекрутили все мои нити, завязали узлом, что одна, что вторая, что третья, будто нарочно! Все дороги спутали, всё, всё испортили!

Я ничего не понимала, спрашивала у Литы, но она не слышала никаких голосов.

Спросила у Ойры, та погладила меня по голове и сказала:

– Тебе, наверное, приснилось, моя хорошая.

Тогда я спросила у Вальтанаса, и он сказал так:

– Ты прошла через озеро Тун, Уна, такое случается с теми, кто хлебнул его воды. То голоса слышат, то мерещится что-то…

– Но чей это был голос?

– Поди разберись, – Вальтанас смотрел на меня внимательно, но будто не видел.