Вместо детской выходки предпочла злобно смотреть ему на линию позвоночника и старательно игнорировать игру крепких мышц под гладкой кожей.
Боги! Какие у него широченные плечи! Пловец, наверное, или со штангой расстается только на ночь.
– Ну, – встал парень у постели и потоптался на месте, словно разминаясь перед большим забегом. – Целуй меня напоследок горячо и долго, и я поеду домой, кончать по тебе. Скучать, то есть.
– Ключ, – указала взглядом на связку двух черных брелков, что были ключами от его тачки.
– Ага, – подхватил он их и выжидающе уставился на меня.
– Неужели ты меня выставишь просто так из дома, не подарив даже маленького поцелуйчика?
– Именно так я и сделаю. С большим удовольствием.
Тоже сползла с постели и встала рядом с кроватью. Укуталась в плед, чтобы кое-чьи темные глаза не видели торчащих сосков, которые могут послужить поводом для нового витка альфа-подколов. Первой пошла к выходу из комнаты. Приоткрыла дверь, прислушалась к звукам и закатила глаза, когда спины коснулось тепло мужского тела.
Банный лист не такой назойливый, как этот парень.
– Не жмись ко мне.
– Это конспирация, – шепнул Вяземский насмешливо.
– Для этой твоей конспирации нужна контрацепция. Не жмись, сказала, – дёрнув плечами, оттолкнула его и на цыпочках дошла до гостиной, в которой спала мама. Дверь закрыта, внутри нет никаких звуков.
Вернулась к парню, терпеливо стоящему в дверном проеме моей комнаты, и жестом показала следовать за мной к выходу из квартиры.
Тенью послушно двинулся за мной.
Поджав губы, кутаясь в панику и плед, провернула замок и приоткрыла дверь.
Оба притаились, вслушиваясь в звуки внутри квартиры. Тишина.
– Иди, – открыла дверь шире и отошла в сторону, чтобы выпустить парня в освещенный тусклой лампочкой подъезд.
Недовольно нахмурившись от света, упавшего на его лицо, Вяземский сделал шаг в сторону выхода, но поравнявшись со мной, вдруг остановился и с хитрой полу улыбочкой посмотрел мне в глаза.
– Иди! – подтолкнула его.
– Не уйду, пока не дашь мне свой номер телефона, – скрестил он руки на груди.
Ох, ты ж, пися важная!
– Вали, сказала!
– Я сейчас специально громко кашляну или чихну. Посмотрим, как ты потом заговоришь со своей мамой, – деловито изрёк парень.
– Вот ты… – стиснула зубы и мысленно выколола ему глаза. – Раз тебе так надо, то бери мой номер там, где взял мой адрес."
"– Можно было бы, конечно, – состроил он задумчивую гримасу. – Но после того, чем я с ним расплатился, он может мне дать только дубинкой в анус.
