— Смотри мне прямо в глаза, сделай вдох, потом выдох, еще вдох. Выдох. Глубже. Глубже. Почувствуй, как тяжелеют веки, как пульсируют виски. Вдох, выдох, вдох, выдох.
Сергей и вправду почувствовал какую-то сонливость.
— Давай руку, — приказала Дарья и уколола Травина булавкой в протянутую ладонь, размазала каплю крови по стеклянному шару. От неожиданности он вздрогнул, но туман, образовавшийся в голове, не прошел.
— Все вижу, что с тобой случилось. Вижу несчастную любовь, потерю горькую. Страдаешь ты до сих пор. Смотри в шар.
Смотри не отрываясь.
Сергей ошарашенно вгляделся в стеклянную поверхность.
Внезапно Даша рассмеялась.
— Что, поверил?"
"— Ну, не знаю, — Травин растерялся — бывало такое, что ему пытались задурить голову, но он даже цыганкам не поддавался, а тут чуть не поплыл. — Такое ощущение, что прямо изнутри что-то тянешь.
— Это, мой дорогой, психология, — соседка довольно сощурилась, превратившись в себя прежнюю, — сначала легкий транс, потом резкое воздействие, и когда сознание человека не знает, в каком состоянии он сейчас находится, какое-нибудь банальное откровение.
У каждого обязательно несчастная любовь и страдания, к гадалкам радостью поделиться не ходят. Ну а потери — в гражданскую кто только кого не потерял. Беспроигрышный вариант. Но ты молодец, держался, хотя с вами, мужиками, всегда сложнее. Женщины сразу чуть ли сознание не теряют.
— И что, каждой придумке верят? — Сергей окончательно пришел в себя.
— Почему придумке, — Дарья покачала головой, — все взаправду. Я ведь, Сережа, не с одной женщиной разговариваю, их много сюда ходит.
И они садятся на твое место и все-все рассказывают, но не про себя, а про мужа, про подруг своих заклятых, кто с кем гуляет, у кого что в жизни произошло, кто кому какую подлость сделал. Тут только запоминай и нужному человеку говори, ничего сложного. Поэтому я и беру по червонцу за сеанс, что еще до того, как сюда клиентка вошла, я о ней все почти знаю и, если могу помочь — помогу, а нет, хуже не сделаю. Врач, он скальпелем режет организм, а с душой так тонко не получается, приходится где-то прижечь горьким известием, где-то советом восстановить.
Просто так люди сокровенное выкладывать не станут, но если суевериями их подтолкнуть, выложат все как на духу.
— Сегодня слесаря искал, чтобы он мне трубы опломбировал, — поделился Травин, — так вот его жена тебя ведьмой и назвала. Сказала, была у них соседка, кассирша какая-то, убили ее недавно, так она тебе все деньги сносила, как привороженная.
