Это я тебя, как клопа, раздавлю, не сомневайся.
Беленький пытался вырваться, но Сергей его держал крепко, на весу. Пережатая гортань издавала хриплые звуки, бывший фотограф достал-таки наган, но Травин его перехватил, приставил к глазу начкомхоза и нажал на спуск.
Раздался щелчок, Йося обмяк, побледнел и свалился на пол, стоило Сергею его отпустить. Одна половина лица у Беленького обвисла, Травин положил наган ему обратно в кобуру, проверил пульс, шлепнул печатью на нескольких пустых бланках, засунул их себе за пазуху и только потом позвал постового.
— Тут товарищу начкоммунхоза плохо стало, — сказал он. — Похоже, апоплексия. Но живой, так что мигом доктора сюда.
Прибывший через двадцать минут на место доктор Райх только и смог, что руками развести.
— Обширное кровоизлияние в мозг, — авторитетно сказал он. — Срочно в больницу товарища, строжайший постельный режим и никаких волнений. Месяца через три, может, и оклемается, но тут медицина гарантий дать не может.
На следующее утро Травин собрался уезжать."
"— Дом на тебе, — строго предупредил он Кирилла. — Какие смог, я документы оформил, зачислят тебя вместо меня на треть ставки управдомом, следи за порядком, если что, обращайся к Афоне, ну Афанасию Лазаревичу, он подсобит.
А уж что новое начальство скажет, не знаю, там сейчас не до вас. Что и как работает, ты знаешь, чужих не пускай, флигель сдадите. Тогда до весны продержитесь, а там уже сообразите сами.
— Будет сделано, — серьезно кивнул Киря.
— А как же вы?
— Адрес свой, как доеду, пришлю. Лиза, ты готова? Вот же на мою голову навязали дите.
Девочка стояла с собранным чемоданом у дверей. Травин четверть часа ждал, пока дети попрощаются, обнимутся и кое-кто даже расплачется. А потом завел мотоцикл, усадил Лизу позади себя и выехал из ворот."
