Убийцы, они ведь под ночь приходили, хотя, кажется мне, не будет никого. Зря только этого нэпмана в дрожь вгоним. Ладно, Травин, бывай, у меня вон работы непочатый край, завтра и переговорим, как все уляжется.
Ларин проснулся затемно, к октябрю солнце все позже появлялось над горизонтом, и в три утра темень была — хоть глаз выколи. Он встал с нар, присел несколько раз, разминая ноги, дождался, когда подойдут конвойные, и вместе с ними вышел на улицу.
Там уже стоял черный «паккард» с кожаным верхом, у машины стояли Мальцев и Пельтцер.
Ларина втолкнули на заднее сиденье, рядом с ним сел Мальцев, особоуполномоченный разместился на диване напротив. На переднее сиденье сели водитель и боец.
— Поехали, — отдал приказ чекист, машина взревела и выехала из ворот дворянского особняка, в котором размещался уездный отдел ГПУ."
"Дорога была пустынна, машина светила фарами, разгоняя предутреннюю тьму, туман, спустившийся в низины, не давал разгоняться. Сидящие в машине хранили молчание, Ларин так вообще прикрыл глаза и через несколько минут засопел, привалившись к дверце и закинув ногу на ногу.
До Москвы оставалось еще километров пятнадцать, когда машина остановилась.
— Что случилось? — недовольно спросил Пельтцер.
— Колесо пробили, — шофер вылез из «паккарда», попинал шину. — Менять надо.
— Ну так меняй.
Шофер, ворча, достал из капота тяжелый ящик с инструментами, подтащил к колесу, открыл.
— Подсобить бы.
— Сам справишься, — особоуполномоченный вылез из машины, потягиваясь.
И не успел среагировать на наган, оказавшийся в руке шофера.
Раздался выстрел, Пельтцер схватился за грудь, захрипел. Боец на переднем сиденье замешкался, пытаясь вылезти из машины, и шофер вторым выстрелом всадил ему пулю в затылок. Ларин, воспользовавшись тем, что Мальцев отвлекся, выхватил из подошвы штиблета узкий нож и вогнал следователю в висок. Тот дернулся, осел, по телу пошла судорога, быстро прекратившаяся.
— Готово, — шофер еще раз выстрелил, пробив чекисту череп, вытер тряпкой руки.
— Все мертвы вроде.
— А ты проверь, — посоветовал Ларин.
Шофер так и сделал. Когда щупал пульс у Мальцева, уважительно присвистнул.
— Мастерски вы его. Даже пикнуть не успел.
— Проверь-ка, взяли они деньги.
— На месте, — шофер открыл багажник. — Все здесь. Это и вправду мои?
— Твои, братец, твои. Как договаривались. Давай-ка трупы выбросим тут в лесок и поедем. А то рассветет скоро.
— Куда теперь, Георгий Николаевич?
— А как избавимся от тел, я тебе скажу.
