Для внутреннего удовлетворения в своей мастерской он писал совсем другие работы. Нежные, лиричные, от которых не хотелось отводить взгляд. Это были уже знакомая Елене Золотаревой «Сирень», а еще «Песня дрозда», «Летний дождь», цветочные натюрморты, на которых расцветали невиданной красоты розы, пионы, маки, ромашки и васильки.
Пробовал художник работать и с обнаженной натурой, в частности вскоре после постройки дома написал полотно «В бане», для которой пригласил нескольких натурщиц. Несмотря на сложную композицию и с блеском выписанные фигуры, за каждой из которых угадывался характер, получившемуся шедевру не нашлось места ни в одном музее и долгие годы картина хранилась в мастерской художника.
На протяжении всей жизни творческой фишкой Никанорова оставались портреты. Он создал их сотни, и многие из моделей, приезжавших позировать художнику в его дом на Соколе, вспоминали об особой атмосфере этого места, созданной благодаря его жене Елизавете Никитичне. После сеансов та обычно накрывала стол в саду для традиционного чаепития.
Семья считалась очень хлебосольной и привечала гостей.
Елизавета Никитична занималась домом и садом. Все скатерти, салфетки и шторы в их доме были вышиты ею. Да и кулинаркой она была отменной. Вести хозяйство ей помогала живущая с ними в доме бывшая няня.
В годы Великой Отечественной войны Никаноров наотрез отказался покидать Москву, оставаясь в своем доме и продолжая работать. В мастерской пришлось установить дровяную печь, потому что водяное отопление не работало, так несколько лет и жили.
В 1943 году Алексею Михайловичу присвоили звание «Народный художник СССР», а спустя два года после войны он возглавил Академию художеств.
Никаноровы много путешествовали, в том числе и за границей. Результатом этих турне стали путевые рисунки, сделанные в разных городах мира. Елизавета Никитична, имевшая дворянское происхождение, свободно говорила на французском, английском и немецком языках, и Никаноров вслед за женой тоже выучил их, стараясь не отставать от своей супруги, в которую был влюблен все годы их брака.
Правда, за сорок пять лет их совместной жизни он не написал ни одного ее портрета.
Елизавета Никитична, будучи на девятнадцать лет моложе мужа, всю жизнь оставалась его музой, и, чтобы развлечь ее, он приглашал в дом знаменитых художников и поэтов, писателей и музыкантов, артистов и дипломатов. Близкие друзья его любили, потому что слыл он человеком добрым и незлобивым. Доносы не писал, в травле не участвовал.
