Лиза после рождения и предположительной смерти ее ребенка фактически бежала в Москву вместе со своей няней и художником Никаноровым, которого знала с детства. Это четыре. Семья жила на широкую ногу и ни в чем не нуждалась. Это пять. Ваш муж погиб после того, как нашел портрет, фактически доказывающий его родство с Петром Токменевым. Это шесть. Несколько лет назад в доме Никаноровых появился дух, простукивающий стены, и вынудил хозяев продать дом. Это семь. Эдуарда Киреева тревожило, что за ним кто-то следит, а в доме что-то ищут, и вскоре после этого его убили.
Это восемь.
– И что? – в отчаянии спросила Нина. – Как все эти факты связаны между собой? Кто убил моего мужа и Эдика? И за что?
– Я не знаю, – пожал плечами Горелов. – Но обещаю, что обязательно выясню.
Содержание этого разговора Лена пересказала вернувшемуся с очередной встречи со следователем Бекетовым Дорошину. Тот выслушал очень внимательно, не перебивая и не задавая вопросов.
– Очевидно, что в доме действительно что-то ищут, – наконец подытожил он.
– Что-то очень ценное, стоившее жизни уже двум людям. Преступник не знает, где находится то, что ему жизненно необходимо, иначе бы он уже давно это забрал. Более того, он убивает людей, которые могут каким-то образом претендовать на то, что он ищет. Как только Володя Невский приблизился к тому, чтобы узнать, что он – родственник Петра Токменева, его переехали машиной. Как только Эдик что-то заподозрил, его ударили по голове. Он что-то слышал или видел на своем юбилее. Что-то опасное для преступника.
Лена хотела спросить, есть ли у мужа подозреваемые, но не успела. Кто-то постучал, точнее, тихо поскребся в дверь спальни, в которой они разговаривали. Дорошин открыл дверь. На пороге стояла Нина. Вид у нее был сосредоточенный.
– Мне надо с вами поговорить, – заявила она. – С вами обоими.
– Проходите.
Дорошин пропустил молодую женщину в комнату и закрыл дверь.
– Виктор, вы уже в курсе всего, что мы сегодня узнали? – спросила она.
– Да, Лена мне только что рассказала.
– Хорошо. Виктор, я долго думала над всеми фактами и пришла к выводу, что в преступлении замешан Вадим.
– Горелов? – уточнил Дорошин.
– Да. Судите сами: он бесплатно отдал нам картину Никанорова, хотя знал ее истинную цену. Это ненормально. Он мог сделать это только в том случае, если уже знал, что убьет Володю, и просто отводил от себя подозрение. И сейчас он крутился вокруг этого дома и убил Эдика после того, как вы купили другую его картину и принесли ее в дом.
