Почему они так долго? Что там происходит? Спросить у соседей номер квартиры и подняться? Время не засек. Может, ему только кажется, что долго? Когда он замерзал патрулировать у подъезда, то садился в машину и стрелял очередную сигарету.
— Не в машине, — говорил Саша, — Анна Сергеевна не любит запаха."
"Два года назад у семилетнего сына Саши обнаружили рак крови. Бегал пацан как пацан, только синяков было всегда много. Но у какого мальчишки их нет? Потом вроде ангина случилась, анализы крови сдали, потом еще анализы — тяжелый рак обнаружили.
В таксопарке, где Саша работал, стали деньги собирать на лечение за границей. Но разве столько соберешь? Слава, напарник, привел его к Анне Сергеевне, они когда-то по соседству жили. Заграница не потребовалась. Самойлова устроила сына в детскую гематологическую клинику академика Румянцева. Академик — из тех мужиков, что горы сворачивают. Внедрил у себя мировые протоколы лечения белокровия, да еще и улучшил их. Главное, лекарства дорогущие — деньги на них выдрал, из казны.
И вместо десяти процентов выживаемости стало семьдесят.
Сашин сынишка в эти семьдесят попал. С тех пор у Саши было два бога — Анна Сергеевна и академик Румянцев. Академик ничего не просил, а когда Самойлова предложила ему личным водителем пойти — не задумываясь согласился, бесплатно бы на нее работал. Но оказалось — даже с выгодой для себя: новенькая “ауди”, зарплата приличная, а то, что по личным делам его посылает — детей привезти-отвезти, продукты купить, в химчистку, в сберкассу, так он только рад ей услугу оказать.
Такая женщина — сила! Мужа ее никто не видел. Хлебнула горя.
— Саша, я сбегаю за сигаретами? — предложил Константин Владимирович.
Сашу дразнили молчуном, потому что он без особой нужды рта не открывал. А если открывал, то говорил только самые необходимые слова. Он кивнул и показал на угол дома:
— Выйдут — отъеду. Вот туда. Там подсядете.
Приданое Веры уместилось в две небольшие сумки. Она не взяла любимые книги — их много, маленькие статуэточки — неловко оголять интерьер, украшения — те, что дарил Сергей, старые пластинки, кассеты, компакт-диски — пусть все остается.
В гостиной Анна Рудольфовна и Сергей с каменными лицами слушали Анну. С появлением Веры заулыбались:
— Верочка, выпей все-таки чаю. Аня, ты тоже ничем не угостилась.
— Спасибо, — поднялась Анна. — Мы торопимся. Сережа, ты подписал бумагу?
— Да, да. Куда же я ее дел? Присядьте, я ее поищу.
Анна и Вера молча обменялись взглядами.
