О чем думаю? О том, что когда человек приходит к счастью через свои тяжкие страдания — это оправданно, но если страдания чужие? Нет, милая, не о тебе. Я размышляю над собственным эгоизмом. Ты не права, я редкий собственник. Если бы ты знала, как я люблю тебя, ты бы ужаснулась степени моего эгоизма.
Часть третья
ГОД 1996-й
Глава 1
Как Анна и предполагала, Крафты не сдались без боя. Выбить из Сергея развод оказалось непросто. Костя нервничал, но не мог полностью оградить Веру от волнений."
"Сергей и Вера могли развестись через ЗАГС, так как детей у них не было.
Объявил Сергей о своем несогласии через месяц — столько времени заявление Веры покоилось в ЗАГСе. В суде, куда обратилась Вера с иском, по закону также требовался месяц “на возможное примирение”. На судебное заседание пришли Вера, Костя, а со стороны Крафтов — Анна Рудольфовна и адвокат, пожилой мужчина с внешностью древнегреческого мудреца. Он мягким густым голосом поведал о неземной любви Сергея к своей жене, о его благородной готовности к прощению и просил суд назначить супругам срок для примирения в пределах шести месяцев.
Вера пробормотала, что ни о каком примирении речь идти не может, что у нее будет ребенок. Анна Рудольфовна словно только этого и ждала. Она всплеснула руками, прижала платочек к глазам:
— Верочка! Наконец-то! Сережа будет счастлив.
— Прекратите спектакль! — вспылил Костя. — Пожилой человек, а ведете себя как дешевый комедиант!
Судья, ровесница Веры, потребовала, чтобы Костя вышел из зала.
Она смотрела на Веру с плохо скрытым раздражением: мало ей мужа-дипломата, подавай доктора наук. Конечно, с таким смазливым личиком можно себе позволить мужиками бросаться и перебирать — за этого хочу, за этого не хочу. Без Кости Вера совсем растерялась, даже навернулись слезы: какая низость, трясти перед чужими людьми грязным бельем. Ее всхлипывания адвокат Сергея мгновенно обернул в свою пользу:
— Вот видите, вы сами не уверены в правильности шага, который собираетесь совершить, В вашем состоянии это и неудивительно.
Судья отложила решение о расторжении брака на шесть месяцев.
Через полгода они пришли на суд вместе со своим адвокатом, одним из самых известных в Москве специалистов по семейному праву. Это была сорокалетняя женщина, худая и желчная. Звали ее Екатерина Игоревна. До суда юристам договориться не удалось, они схлестнулись во время заседания.
