Я не знаю своей группы крови!” — “Я тоже не знаю своей! — воскликнул мальчик. — Что же нам делать?”
Кириллу больше всего нравился вариант, когда они шли сражаться, уравнивать людей в правах, а потом становились королем и королевой.
— Оружие, — подсказал он, — какое у них было оружие?
— “Мы должны принести в мир справедливость”, — сказал мальчик. — Даша пошла на поводу у брата, хотя ей больше нравилось сочинять про любовь. — С мечами в руках они спустились с гор. Они прошли всю огромную страну Японию, несколько лет скакали на лошадях, плыли по рекам на каравеллах — и везде уничтожали аппараты для определения группы крови.
Они стали героями, народ складывал в их честь песни, детям разрешали не ходить в школу, когда они появлялись в городе. Девочка, в длинном бархатном платье, с вуалью на красивом лице, верхом, то есть сбоку на лошади, въезжала в селение. А рядом мальчик, жестокий, но справедливый, со шрамами на мужественном теле. И они, и они, — сбилась Даша, — и они стали царствовать на долгие годы.
— Хорошо! — одобрил Кирилл. Он поерзал, устраиваясь поудобнее под боком у сестры, и спросил, уже засыпая: — Даша, а ты меня никогда не бросишь?
— Ты что, дурак? Никогда. Только ты не бери больше мои фломастеры.
— Не буду, — пообещал Кирилл.
Днем они жестоко подрались, потому что он влез в ее стол и взял цветные карандаши.
Глава 13
Анна потребовала очередную упаковку лекарства. Старшая сестра, Мария Степановна, истерзавшись сомнениями и страхами, пришла к Косте и повинилась.
Он призвал все свое самообладание, чтобы не обругать эту старую дуру. Хорошо, хоть сказала, могла и промолчать. Он выписал рецепт — теперь претензий к Марии Степановне быть не могло. И заговорил тоном доброго дядюшки:
— Я много слышал о вас, Мария Степановна. И то, что вы начинали санитаркой на войне, прямо из детского сада пошли, что ли? — грубо польстил он. — И то, что в Средней Азии с чумой боролись и потом до старшей сестры в самой жуткой московской больнице дослужились.
Вообще я считаю, что старшая сестра — это главнейшая должность в клинике. Помяните мое слово, авось доживем мы с вами и увидим, как на вашу ставку еще не каждого выпускника института возьмут.
На Марию Степановну, действительно заслуженного человека и прекрасного работника, вылилась бочка меда. Она ее заслужила, но ведь обычно не все заслуженное человек получает сполна.
