После дикого, животного совокупления они перебрались в более удобное место – на кровать. Она обнимала его, уткнувшись лицом в шею.
Впервые за долгое время он ощущал себя уютно и спокойно.
Виктория пошевелилась – отняла его руку от живота. Он посмотрел на нее – она внимательно разглядывала его ладонь в скудном свете угасающего в камине огня. У нее было очень серьезное, сосредоточенное лицо. Как будто она хотела увидеть его душу в линиях на ладони.
– Некоторые цыганки утверждают, что умеют читать будущее по руке, – тихо сказал он.
"
"Она заглянула ему в глаза:
– Да?
Он улыбнулся:
– Говорят, линии на ладони рассказывают о жизненном пути человека тому, кто умеет их читать.
– Мне не хочется думать, что мое будущее предопределено судьбой или линиями на ладони, – ответила Виктория с грудным смехом, который неожиданно согрел Джастина.
Как уютно вот так валяться в постели с женой и болтать ни о чем. Давно, очень давно, он не задерживался с женщиной после оргазма дольше, чем на несколько минут.
– Предпочитаю считать, – продолжила Виктория, – что я сама могу как-то повлиять на то, что со мной случится или не случится.
Джастин вздохнул. Он очень хорошо понимал ее желание самой творить свою жизнь. После того как ее отец шантажом заставил его жениться на Виктории, он только и делал, что пытался контролировать в своей жизни все. Он очень боялся, что когда-нибудь его будущее вновь окажется в руках другого человека. И все же ему уже несколько раз пришлось переступить через волю Виктории. Неудивительно, что она так на него злится.
Впрочем, в такие моменты, кажется, гнев исчезает, оставляя какое-то другое, нежное и теплое чувство.
Она поднесла его руку еще ближе к лицу.
– Нет, я определенно не могу прочесть твое будущее по ладони. Придется удовольствоваться прошлым.
Джастин напрягся. Ощущение уюта испарилось в мгновение ока. Она снова требует, чтобы он раскрыл ей свои тайны. А он не может этого сделать.
– А что у тебя в прошлом? – спросил он, в конце концов, и взял ее ладонь в свою.
– Оно для меня такая же загадка, как и мое для тебя.
– Да, подозреваю, что так. Ты ведь знаешь моего отца только как сумасбродного пьяницу, – произнесла она задумчиво, уголки губ опустились вниз. – Но он не всегда пил.
Джастин наклонил голову. В его мозгу твердо закрепился образ Мартина Рида – мерзавца и подлеца, и он никогда не думал о нем как о чьем-то отце или муже. Как о человеке. Может быть, если Виктория расскажет подробнее, он лучше поймет своего врага.
