– Возможно, – ответил Джастин, хотя, судя по его лицу, он не особенно в это верил.
Виктория вздохнула. Нет смысла и дальше накручивать себя. Так что она не стала развивать эту тему, а склонила голову и заметила:
– Знаешь, я никогда не бывала в опере.
– Никогда? – изумился Джастин.
Она покраснела от своей неискушенности и покачала головой:
– В Бэйбери не бывает подобных представлений.
– Н-но… Когда ты прежде приезжала в Лондон…
Она нахмурилась и посмотрела в окно.
– Ты же помнишь, у меня не было светской жизни.
Отец организовал нашу помолвку еще до моего первого бала. Я не успела насладиться забавами столицы.
Некогда она тосковала об этом. Время, страдания и ответственность, в конце концов, загнали эти желания очень глубоко.
Джастин присвистнул.
– Ты многое пропустила, тебе столько всего стоит попробовать…
Виктория качнула головой:
– Это не увеселительная поездка. Хлоя для меня сейчас важнее всего, И после того как мы найдем ее… – Она не стала прислушиваться к едкому голосу, который прошептал, что они могут ее вообще никогда не найти.
– Когда мы ее найдем, я думаю, что уже не буду возвращаться в Лондон.
– Ах да, у тебя же много важных дел в деревне, я забыл, – тихо сказал Джастин и вернулся к созерцанию города за окном."
"Она подавила вздох – опять между ними выросла стена. Она тоже разглядывала улицу. Фонари и огни в домах весело сверкали. Если бы она приехала сюда ради забавы, она многое попыталась бы наверстать и сделать. И Джастин очень любит город. При других обстоятельствах, она не сомневалась, он оказался бы непревзойденным гидом по местным развлечениям.
Но она давно уже научилась не жить мечтами, ибо подобные мысли неизбежно вели к разочарованию.
Карета замедлила ход. Виктория выглянула в окно – там блистал и переливался огнями оперный театр.
– Боже мой, как красиво! – выдохнула она, застигнутая врасплох.
Джастин придвинулся ближе и наклонился, чтобы посмотреть из-за ее спины.
– Да. И из моей ложи великолепно видно сцену, так что ты по меньшей мере сможешь насладиться представлением.
Она покосилась на него. Уголки его рта опустились вниз, на лице отпечаталось гораздо более серьезное выражение, чем обычно.
– Уверена, что мне понравится, – тихо сказала Виктория. – Даже если это только часть нашего собственного спектакля.
Он отодвинулся от нее – дверца кареты распахнулась.
– Тогда начнем спектакль.
Джастин положил ладонь Виктории на сгиб своего локтя. Начался антракт, и они вышли из его ложи в многолюдный холл.
