Он ощутил, как ее пальцы сжимают его бицепс с нервной дрожью, и накрыл ладонью ее руку, чтобы немного приободрить.
Его поразило ее самообладание. Она флиртовала, шутила и воплощала собой очарование. Несмотря на опасения по поводу того, что кто-то ее узнает, она смотрела в глаза тем, кого встречала, и вела себя так, будто чувствует себя здесь не хуже, чем любая женщина, которую любовник вывел в свет.
И как он и предсказывал, никто не выказал подозрений, что Виктория – не та, кем притворяется. Все видели то, что должны были видеть.
Джастин готов был биться об заклад, что, если привести ее сюда через месяц в приличном платье и представить как леди Бэйбери, никто из тех, с кем он познакомил ее сегодня, и глазом бы не моргнул.
Восприятие имеет так мало общего с действительностью.
Джастин предполагал, что, когда в ложе погаснет свет, его будут одолевать эротические фантазии. И одолевали, потому что невозможно оставаться равнодушным, когда Виктория так близко, и тем не менее впервые желание смотреть на нее было сильнее потребности прикоснуться.
Она сидела, подавшись вперед, и ловила каждую ноту, каждый жест актеров. Его мысли вернулись к тому признанию, которое она сделала в карете, – что ей недостает опыта светской жизни.
Он видел, какое огромное удовольствие она получает от оперы, и хотел показать ей весь Лондон и континент. Хотел отвести ее в Британский музей. Хотел увидеть, как она засияет от удовольствия и удивления, увидев Рим и Париж.
Но как она уже сказала, когда они найдут ее подругу, она уедет, чтобы скорее всего никогда уже не вернуться.
И хотя это в точности соответствовало тому, чего Джастин, по его словам, хотел, факт этот не доставлял ему особой радости.
Пальцы Виктории сжались снова, выводя его из задумчивости. Он взглянул на нее – она напряженно смотрела куда-то в толпу. Он проследил за ее взглядом и обнаружил, что в нескольких футах от них стоит Дариус Эвенвайс и рассматривает его жену с явным интересом в недобро сверкающих глазах.
Джастину отчаянно захотелось подойти к нему и схватить ублюдка за горло.
Ему потребовалась вся сила воли, чтобы не сделать этого.
– Мне надо с ним поговорить, – шепнула Виктория.
Он остолбенел. Инстинкт велел ему оттащить ее как можно дальше от этого человека, но, памятуя о том, где они находятся, он только пробормотал:
– Нет.
Она повернулась к нему с наигранной, кокетливой улыбкой, которая задела его за живое.
– Джастин, у нас нет другого выбора. И ты это знаешь.
