Ты свободна управлять этими землями по своему усмотрению – естественно, в пределах разумного. Все подготовлено.
Он бросил на нее ничего не выражающий взгляд, и щеки Виктории вспыхнули ярким румянцем. Она торопливо набросила на себя одеяло. Под столь пустым взглядом ее нагота вновь стала постыдной.
– Я ничего не понимаю, – произнесла она настолько спокойно, насколько могла.
Он нахмурился и направился через всю комнату к бутылке виски, на которую посматривал вечером. Налил себе стакан и опустошил его.
– Ты уже знаешь, что этот брак был заключен как сделка.
Не больше и не меньше. Ты сама говорила, что мы друг другу чужие люди и нас ничего не связывает, кроме клочка бумаги с гербовой печатью и одной ночи, проведенной вместе.
Виктория встретилась с его холодным взглядом. По мере того как до нее доходило осознание сложившейся ситуации, ее губы сжимались все плотнее.
– Я поняла тебя, – сказала она наконец. – Ты узаконил этот брак, а теперь просто отмахнешься от меня и вернешься к прежней жизни, не задумываясь о клятвах, которые мы друг другу принесли сегодня днем.
Уголки его рта поползли вниз.
– Эти клятвы ничего не значат, – сказал он.
Виктория подавила вздох.
– Может, для тебя и не значат…
Он покачал головой:
– Здесь тебе будет житься не хуже, чем в отцовском доме. Ты получишь деньги и уважение, которые приличествуют графине. Я уверен, что ты легко обзаведешься новыми друзьями, и все у тебя будет хорошо.
– Я буду твоей женой только формально. – Виктория гордилась тем, что может совладать с собой и говорить ровным тоном, будучи столь сильно униженной.
– Боюсь, я больше ничего не могу для тебя сделать, Виктория. – Джастин поставил на стол пустой стакан и пожал плечами. – Можешь ненавидеть меня, если хочешь… Но завтра я еду в Лондон.
Она кивнула, стараясь удержать себя в руках: разочарование грозило вот-вот сломить ее.
– Если вы намерены это сделать, – проговорила она, – не смею вам препятствовать. Если вы закончили, милорд, желаю вам доброй ночи.
Джастин открыл было рот, собираясь что-то сказать, но закрыл его вновь.
Он поклонился, как того требовали приличия и вышел из комнаты, оставив Викторию одну.
Впервые в жизни она оказалась совершенно одна во всех смыслах этого слова.
Глава 1
Урок первый
Все мужчины любят загадки
Три года спустя
1815 год"
"Джастин Толбот, граф Бэйбери, с широкой улыбкой на устах вошел в битком набитый бальный зал. Он окинул взглядом шумную толпу и ощутил тепло – приятно возвращаться домой.
