Уроки вирта

Отчего-то я знала это так четко, будто ругалась с ним не в первый раз.

Вдох-выдох, еще вдох, еще выдох. Успокаиваемся, Дина, успокаиваемся.

— Ты есть. И я тебе доверяю, — тихо сказала я. — Ты сделал для меня столько, что я не знаю, чем и как смогу расплатиться. И продолжаешь делать. Я просто пытаюсь, чтобы это не было игрой в одни ворота. Пытаюсь сделать что-то приятное и тебе тоже. Поэтому и спрашиваю. Не потому, что хочу тебя контролировать или влюбить в себя.

— Возможно, ты просто этого не осознаешь, — в голосе Эла все еще звучала враждебность.

— А по поводу благодарности… Ты делаешь мне приятное, когда выполняешь мои просьбы — в рамках обговоренной заранее игры. Этого более чем достаточно. Все, хватит разговоров. Напиши, когда будешь готова созвониться и попробовать вибраторы. Пока.

— Подожди! — Мне почему-то было жизненно важно не заканчивать наш разговор так. — А мы можем тогда нашу следующую встречу посвятить не мне, а тебе?

— Зачем? — искренне не понял Эл. — Мы же чередуемся, чтобы было все честно.

— Считай это моим извинением за то, что полезла к тебе с вопросами. Внеочередное выполнение твоих эротических фантазий, м? Как тебе?

— И эта девочка еще будет мне говорить, что у нее и в мыслях нет уложить меня к своим ногам, — пробормотал Эл, но уже совсем не так зло, как до этого. — Ладно, за язык я тебя не тянул. Предложила — давай. Я не дурак от такого отказываться. Напиши, как будешь готова, и я скажу тебе, что хочу в этот раз.

— Хорошо. Ты… не злишься?

— Злюсь, — вздохнул Эл.

И, как обычно, первым положил трубку.

Через три дня я вышла утром из своего подъезда и поехала в универ. Все было как обычно: серая ноябрьская муть, осторожный шаг, чтобы не искупать в грязи светлые ботинки, тяжесть сумки на плече, ветер, который норовил забраться под юбку и холодил кожу даже под плотными колготками. В общем, все как всегда, кроме одного — небольшой голубой штучки у меня в трусах. Магнитное крепление надежно удерживало ее на нужном месте так, чтобы мягкий силикон касался клитора.

Я рвано, коротко выдохнула. Щеки загорелись — то ли от ледяного ветра, то ли от жарких грязных мыслей. Занятно, что фантазии Эла почти всегда основаны на контроле, а еще занятнее, что мне это, похоже, нравится. Во всяком случае заводит не на шутку.