А ещё странно — даже если я вдруг зачем-то соберусь на улицу, территория усадьбы защищена не только высокими каменными стенами, но и заклинанием. Дикое животное сюда попасть просто не может.
Ночью мне снятся тревожные сны с разрушенными лестницами, по которым мне нужно подняться или спуститься. Бегу от кого-то, но всё равно слышу позади шаги. И оглянуться боязно — не хочется потерять даже небольшое преимущество. Утром испытываю огромное облегчение, что это всего лишь сон.
Когда до Праздника середины зимы остаётся месяц, устраиваю семейный совет вместе с Рансоном, Асей и Рисой.
Обсуждаем, что мы можем вырастить на продажу и куда лучше всего отвезти нашу продукцию. Риса и Рансон единодушны: надо везти в город — если не купит граф, можно будет продать в одну из лавочек. А ещё решаем помочь Асе на огородике. Заниматься прополкой и посадкой мне не разрешают, но отвоёвываю себе полив. Считаю неправильным бездельничать, когда предстоит так много работы. Рансон уходит в деревеньку и возвращается с хорошими новостями: староста с несколькими мужиками соглашаются нам помочь.
Но есть и плохая новость: я очень надеялась, что в деревне нам смогут продать какое-то мясо помимо куриного, но эта надежда не оправдалась. У нас, конечно, ещё осталось немного копчёной говядины и сушеной рыбы, но они мне уже успели очень сильно надоесть. Как никогда скучаю по гипермаркетам и доставке продуктов на дом.
Заметив моё огорчение, Рансон улыбается:"
"— Если хотите, можем попробовать ставить силки на зайцев.
— Вы умеете?
— Довелось научиться.
— И мы действительно можем кого-то поймать?
— Зайцы зимой тощие, но ведут себя смелее и подбираются поближе к людскому жилью.
— Давайте! А я могу чем-то помочь?
— Я сегодня схожу посмотрю. Зайцы обычно протаптывают тропы в снегу, а ещё нужно будет выварить верёвку для силков в отваре трав и коры.
Жду возвращения Рансона с надеждой, и он оправдывает мои ожидания:
— Я нашёл несколько троп. Можно попробовать.
Весь вечер мы заняты силками, а сразу же после завтрака Рансон собирается отправиться их устанавливать.
Навязываюсь составить ему компанию. Он хмурится:
— Вы умеете ходить на снегоступах?
Качаю головой:
— Нет. Но я научусь. Здесь каждый день похож на предыдущий. Хочется хоть какого-то разнообразия.
— Вы могли бы гулять во дворе вместе с дочкой.
— Вы запретили мне строить снежные крепости и играть в снежки, — укоризненно произношу я. — А просто так наворачивать круги вокруг дома грустно.
— Ладно. Собирайтесь.
