Усадьба госпожи Ленбрау

Я подождала ещё немного и решила, что доктор уже забрался в ванну. А значит, можно, не боясь быть замеченной, тихонько прошмыгнуть в мастерскую и подождать там.

Я приоткрыла дверь, убедилась, что в коридоре никого нет, и на цыпочках двинулась к библиотеке. Шла босиком, старалась выбирать наименее скрипучие половицы.

Проходя мимо двери ванной, заметила, что она приоткрыта. Изнутри не доносилось ни звука, поэтому я решила заглянуть. Осторожно. Только убедиться, что у доктора всё в порядке. А может, он вообще обиделся и уехал, тогда и очереди ждать не придётся.

Я подкралась… Нет, это слово мне не нравится. Почему я должна красться в собственном доме? Просто тихо и осторожно, чтобы не напугать доктора, подошла к двери ванной.

Щель оказалась узкой. Чтобы посмотреть в неё, пришлось прижаться к самой двери. Правой рукой я упёрлась в стену, а пальцами левой держалась за наличник.

У меня получилось наклониться и заглянуть внутрь ванной. Мне открылся отличный обзор. Прямо на тыльную часть Идана, который аккуратно складывал на стул свою одежду.

Я должна была уйти. Сразу же. Немедленно.

У доктора всё в порядке. Убедилась. Можно не переживать. И так же осторожно, на цыпочках шагать дальше, чтобы незамеченной добраться до библиотеки.

Но я медлила. Стояла и смотрела, ожидая, когда Идан повернётся.

Зачем? Я не знаю. Вряд ли в тот момент сама это осознавала. Мной овладело странное чувство. Оно отключило мозг, способность мыслить и здраво рассуждать. Осталось только азартное желание, чтобы Ленбрау повернулся.

Поэтому я стояла, прижавшись лицом к щели, и ждала.

Барабаны в груди отстукивали африканский ритм. Невидимый барабанщик с каждой секундой всё ускорял и ускорял темп. Я затаила дыхание в ожидании момента истины.

Время замедлилось. Оно словно бы растянулось в пространстве. Отчего Идан поворачивался будто в замедленной съёмке. С издевательской неторопливостью. Сначала плечо, за ним грудь, голова, бёдра.

Наконец доктор полностью развернулся и предстал передо мной во всём своём великолепии.

Ну что я могу сказать. Ленбрау прекрасно сложён. Той ночью было темно. К тому же я считала происходящее сном и не уделяла особого внимания партнёру. Только своим ощущениям с ним.

Зато сейчас могла рассмотреть в деталях всё, что прежде скрывала одежда. И кажется, детали я как раз и разглядывала дольше всего.

Затем Идан преодолел четыре шага, отделяющих стул от ванны. Медленно, нарочито красуясь, будто знал о моём присутствии, залез в воду.