Усадьба госпожи Ленбрау

Одна лишь мысль, что я могла стать женой не Идана, а мерзавца Флоси вызывала отвращение.

– Ты согласна? – он предпочёл по-своему истолковать мою возмущённую, но бессловесную тираду. – Я так и думал. Но уже поздно. Ежен тоже до самого конца кочевряжился, пока не увидел, как его разлюбезная Арна уходит под воду, чтобы никогда не вернуться.

Что?! О чём он говорит?

– Хочешь сказать, что она была магичкой? Ещё и тебя учила? – Дунгаль осклабился. – Я всё знаю про вас. Наблюдал ваши ничтожные попытки чего-то добиться.

Я лежала ни жива ни мертва. Так вот откуда Флоси знает о моих магических способностях. Он следил за Еженикой. Но как ему удалось справиться с Арной?

– Она мне и в подмётки не годилась. И ты тоже. Мой дед носил дар огромной силы и передал его мне. Над инквизиторами он открыто смеялся. Они проходили мимо и ничего не замечали, даже если дедуля творил волшбу прямо перед ними. Инквизиторы искали ведьм. Дар у мужчин встречается так редко, что этот вариант даже никто не рассматривал.

Дунгаль стянул шейный платок и расстегнул ворот рубашки, чтобы показать мне цепочку с небольшим камешком. Он голубовато мерцал в темноте.

– Кулон скрывает мои способности и делает их сильнее. Одновременно! Представляешь? – Флоси хихикнул. А я устало прикрыла глаза. Похоже, он окончательно свихнулся. Мне просто необходимо каким-то образом позвать на помощь. – Не веришь? Сейчас покажу. Смотри. Смотри!

Он встряхнул меня, заставляя открыть глаза.

– Так-то лучше, – довольно ухмыльнулся.

А затем щёлкнул пальцами. Над ними тут же вспыхнуло пламя. Голубоватое, с жёлто-оранжевым кончиком. Огонёк парил в сантиметре над пальцами Дунгаля, не улетая и не причиняя ему вреда.

– А ты так умеешь? Могу поспорить, что нет.

Он снова щёлкнул, и пламя перелетело на свечку, стоящую на столике. В комнате тут же стало светлее.

Дунгаль задвинул занавески. И моя слабая надежда, что кто-то при свете сможет увидеть постороннего в моей спальне, растаяла.

– Нам не надо привлекать внимание к твоей комнате, не правда ли? Нам с тобой не нужны свидетели. Ты умрёшь в одиночестве, видя приближение смерти, чувствуя её на своей коже, задыхаясь от крика, но тебя никто не услышит.

Флоси снова хихикнул и потёр ладони, словно ребёнок, задумавший отличную проделку. Затем он развёл руки в стороны, одновременно рисуя ими узоры. Так быстро, что я даже не успевала рассмотреть, какие знаки он использует.