Усадьба госпожи Ленбрау

Я вздохнула, бросая светильник на пол. Ну что я с ним сделаю? Не буду же колотить пожилых женщин по голове.

– Я Женя, – выпалила быстро, чтобы не передумать. – Вчера легла спать, ничего не предвещало. Потом сон этот эротический. – Тут женщины снова переглянулись. – Утром проснулась здесь. Теперь пытаюсь разобраться, то ли музей у вас тут с полным погружением в эпоху, то ли секта какая, и вы меня в жертву принести собираетесь.

Женщины выслушали молча. Набрасываться на меня с криками они не стали. Бабура протяжно охнула и прислонилась к стене, будто ноги её не держали.

– Так что выходит. Получилось у нашей барышни? – Бабура смотрела на меня, но ответа явно ждала от другой.

– Похоже, что получилось, – тяжело вздохнула старушка.

И тут я поняла, что эти двое уже разобрались в ситуации. Но почему-то меня посвящать не спешат.

– Так, женщины! – убедившись, что бросаться на меня или приносить в жертву никто не собирается, я осмелела.

– Точно не она, вона как чешет. Вроде и наш язык, и слова понятные, а что сказала – не разберёшь.

– Ежа-то наша так не говорила.

Кажется, переговоры зашли в тупик.

– Всё, хватит с меня! Если не собираетесь ничего объяснять, верните мне одежду, я ухожу отсюда.

– Да куда ты пойдёшь, горемычная? – старушка махнула рукой. – Теперь-то уж некуда тебе идти.

– Здесь твой дом, – добавила Бабура усталым голосом. – Ты это, купайся, пока вода не остыла. Я тебе завтрак накрою. Там и поговорим.

Женщины ушли, прикрыв за собой дверь. Оставшись одна, я первым делом проверила – не заперли. Просто прикрыли. А изнутри я задвинула засов. На всякий случай.

После этого странного разговора я понимала ещё меньше. О каком еже они говорили? Что у него получилось?

Но убегать из этого странного места я не спешила. Голова лопалась от обилия мыслей и догадок.

И я решила послушать, как они объяснят всё происходящее.

А пока есть время, приму ванну. Обычно это хорошо помогает отвлечься и расслабиться. Как раз то, что сейчас необходимо.

Я выбрала несколько горшочков с приятными запахами и поставила на пол у ванны. Сама скинула простыню, погрузившись в едва тёплую воду.

Эх, всё-таки успела остыть, пока мы с этими тётками пререкались.