Усадьба ожившего мрака

Наверное, чтобы не выдать папиросным дымом их присутствие.

– Почти пришли, – сказал дядя Гриша и нырнул в тоннель, образованный ветвями старого орешника. – Скоро будем на месте. Не отставайте.

На том конце тоннеля было, кажется, еще темнее. Окружающие деревья тонули в тумане. А от тишины закладывало уши. А дядя Гриша уже ловко орудовал топориком, сначала срубая, потом освобождая от веток, а потом остро затачивая осинки.

– Как говорится, береженого и бог бережет, – сказал он, выдавая им с Власом Петровичем по осиновому колу.

Усадьба близко, так что без лишней надобности лучше не палить. Если полезут упыри, придется с ними по старинке.

– А они полезут? – спросил Влас Петрович, взвешивая кол в руке.

– А я знаю? – Дядя Гриша беспечно пожал плечами, шагнул вперед и растворился в тумане.

Головин и Сева шагнули следом, но пройти им удалось немного.

– Стоим, – послышалось из тумана. – Еще два шага – и овраг. Думаю, это он и есть. Смотрите, не свалитесь. Шею тут свернуть – раз плюнуть.

Они сделали два осторожных шажка и оказались рядом с дядей Гришей на краю поросшего кустарником оврага. Дно оврага было скрыто в густом тумане.

– Глубоко тут? – деловито поинтересовался Влас Петрович.

– Не знаю. Но давайте я лучше сам.

– Вдвоем полезем! – В голосе Власа Петровича послышались одновременно решительные и злые нотки.

– Как скажешь, товарищ командир. Но учти, если ноги переломаешь, мы тебя с Севой на своих горбах тащить не будем.

– Я тоже с вами, – быстро сказал Сева.

– Да как же мы без тебя? – буркнул дядя Гриша и начал спускаться.

В овраг спустились без приключений, ни ноги, ни шею никто не переломал. Лишь почти в самом конце Сева не удержался, кубарем скатился по склону. К чести мальчишки, катился молча, даже не пикнул. И когда уткнулся в то, что осталось от Клауса фон Клейста, тоже не пикнул, лишь тихонечко застонал, отползая от груды чего-то едва различимого в тумане.

Здесь, на дне, воняло падалью. Своим новым обостренным нюхом Григорий почуял это еще там, наверху.

А теперь увидел и источник вони – разлагающееся тело одного из псов фон Клейста. Но Сева и Влас смотрели не на пса. Сева и Влас смотрели на куски того, что когда-то, относительно недавно, было человеком. Ладно, не человеком!

Тетя Оля не обманула. Отто фон Клейст порубил любимого братца на куски, а потом куски эти сбросил в овраг. Вместе с мертвым псом. И если пес все еще разлагался, то от Клауса остались только рожки да ножки.