Условия договора

Каким образом полученная вами и подлежащая строгому хранению упаковка морфия оказалась у Джомардидзе?

Челидзе изучающе посмотрел на меня:

- Она действительно у него оказалась?

- Но почему вы не спросите об этом у него самого?

Хороший ход сделал Челидзе. Но смысл его ясен. Хочет выяснить: где, когда и как был задержан Джомардидзе.

Подумав, я ответил:

- К сожалению, это не представляется возможным. При задержании Джомардидзе оказал сопротивление, не обошлось без стрельбы.

Кажется, я сказал то, что надо: "не обошлось без стрельбы".

Пусть поломает голову. По наступившему молчанию понял: ход удался. Наверняка Челидзе размышляет сейчас о том, ранен или убит Джомардидзе. Но у него хватило выдержки не выяснять этого. Тронув фотографию, он покачал головой:

- Тогда... совершенно ничего не понимаю. Похитить упаковку из медчасти довольно трудно...

- Лекарства хранятся под замком? Так ведь?

- И медчасть вы запираете?

- Сегодня, перед выходом в рейс, вы обязаны были проверить, на месте ли полученные вами лекарства.

Вы сделали это?

- Сделал. Но отсутствия упаковки я не заметил.

- Шалва Геронтиевич, не будем лукавить. Вы, врач с пятнадцатилетним стажем, и не заметили отсутствие целой упаковки морфия! Когда, где и при каких обстоятельствах вы передали морфий Джомардидзе?

- Я не брал морфий.

- Решили упорствовать. В таком случае, мы будем вынуждены обыскать ваш дом.

- На это у вас нет никаких оснований.

- Основание есть - ваша возможная связь с опасным преступником.

Я снял трубку, набрал номер Бочарова.

Услышав отзыв, сказал:

- Константин Никифорович, это Квишиладзе. Я по поводу санкции на обыск дома Челидзе. Считаю обыск необходимым.

- Георгий Ираклиевич, санкция получена. Можете приступать к обыску.

Положив трубку, я посмотрел на Челидзе:

- Шалва Геронтиевич, санкция прокурора на обыск вашего дома получена. Сделано это в полном соответствии со статьей сто шестьдесят шестой процессуального кодекса. Обыск будет произведен в вашем присутствии и в присутствии понятых.

Вы готовы?

- Мне нужно подумать.

- Не понимаю, что тут думать. Обыск в вашем доме будет произведен в любом случае.

- Я имею право подумать?

- Пожалуйста. Думайте, пока я позвоню.

Снова набрал номер Бочарова:

- Константин Никифорович, Джансуг далеко?

- Дайте его, пожалуйста.

Я услышал голос Парулавы:

- Джансуг, связался, с кем я просил?

- Связался. Но дело не такое простое. По телефону из музея о таких вещах не говорят. Тбилисцы туда поехали.