Условия договора

Обещали позвонить, как только все выяснят.

- Тогда сразу свяжись со мной, хорошо?

- Обязательно, батоно Георгий.

Челидзе сидел, опустив голову и машинально поправляя рукой прическу.

- Подумали? - спросил я. - Едем?

- Георгий Ираклиевич, я хотел бы сделать заявление.

- Чистосердечное признание будет учтено следствием?

- Естественно. Вы хотите признаться?

Челидзе провел рукой по лбу, поднял глаза:

- Дома в тайнике у меня хранится оружие. Пистолет.

Без всякого сомнения, свое признание Челидзе сделал вынужденно, зная, что при обыске мы все равно найдем оружие.

Его расчет прост: лучше поступиться малым, чем потерять большее. А это большее - соучастие в убийствах Чкония и Гогунавы.

- Ваше признание учтется. В тайнике хранится только пистолет?

- Пистолет и три обоймы патронов к нему. Ну и... раз уж речь идет о тайнике... Года три назад я нашел чужой паспорт. В Сухуми, на набережной. Решил его оставить. Больше там ничего нет.

- На чье имя паспорт?

- Сейчас... На имя Убилавы Сергея Петровича.

- Где прописан паспорт? - спросил я, стараясь не выдавать своего волнения.

- По-моему, в Сухуми. Да, в Сухуми.

Все. Этого было достаточно. Я перевел разговор на пистолет:

- Какой системы пистолет? Когда и при каких обстоятельствах вы стали его владельцем?

- Системы "Беретта". Купил четыре года назад возле нашего порта, у моряка иностранного судна. Приобрел, опасаясь грабителей. В тайнике храню, потому что у меня жена и малолетняя дочь.

...В доме Челидзе оперативная группа изъяла из тайника, оборудованного в кабинете, пистолет "Беретта-318" калибра 6,35, три обоймы патронов к нему и паспорт на имя жителя Сухуми Убилавы Сергея Петровича.

Пока оформлялись документы, жена Челидзе, красивая женщина лет тридцати, молча стояла у окна. На мой вопрос, есть ли в доме копия "Перстня Саломеи", она без слов открыла шкатулку на туалетном столике. Там действительно лежала еще одна копия перстня, на мой взгляд, довольно искусная. Поскольку копия была нужна следствию, мы включили ее в акт об изъятии. Затем, несмотря на возражения хозяина, начался обыск дома.

Во время обыска Челидзе сидел на диване, не вставая. Сидевшая чуть поодаль в кресле жена, наоборот, иногда вставала и подходила к окну. Я незаметно наблюдал за ними, но никаких попыток обменяться условными знаками не заметил.

Часа через два старший группы попросил меня, Челидзе, его жену и понятых спуститься в подвал. Здесь был найден еще один искусно замаскированный тайник.