Усмиритель душ (СИ)

Каким бы умным ты не был, невозможно вычислить все звенья до последнего и аккуратно подправить каждое из них.

Если в твоей памяти кто-то ковырялся, то детали будут размыты, а если вспомнить о них, то они непременно покажутся тебе странными.

По удачному стечению обстоятельств Чжао Юньлань в памяти прекрасно разбирался.

С самого детства ему было известно, как важна и хрупка человеческая память. Одним из первых уроков, когда Да Цин передал ему Орден Хранителя, был обязательный учёт воспоминаний с помощью медитации.

Чжао Юньлань был совершенно уверен, что раньше они с Шэнь Вэем не встречались.

Значит… Неужели такой порядочный и харизматичный профессор Шэнь на самом деле сталкер, который уже давно в него влюблён? Глупости: Чжао Юньлань прекрасно понимал, что это невозможно. Если из них двоих кто-то и был жутким преследователем, то только он сам.

А может, «Шэнь Вэй» — просто прикрытие, и никакой он не человек.

Чжао Юньлань о нём ничего не знал и не мог узнать, так что варианта было всего два: либо Шэнь Вэй — совершенно обычный человек, либо максимально необычный.

Три часа прошли очень быстро, и к моменту, как небо загорелось рассветом, черепа все повалились на землю, перестав шевелиться. Жуткое пламя тоже улеглось.

Чжао Юньлань вышел на улицу убедиться, что солнце взошло, и призраки исчезли, а затем вернулся в дом, чтобы вздремнуть у стены.

«Когда проснусь, — подумал он про себя, — обязательно поговорю с Шэнь Вэем.»

И быстро провалился в сон, думая о нём. Вся эта суматоха его здорово вымотала.

Чжу Хун разбудила его через час.

Чжао Юньлань понял, что кто-то укрыл его пледом, и немедленно попытался отыскать взглядом Шэнь Вэя, но Чжу Хун его отвлекла.

— Шеф Чжао, — обеспокоенно спросила она, — где Ван Чжэн?

Чжао Юньлань попытался взять себя в руки. Мысли были вязкие и тягучие, будто склеенные; веки потяжелели.

— Ван Чжэн? — Он потёр переносицу, с трудом моргая. Сознание расплывалось. — Я проспал меньше часа… её нет?

Чжу Хун окинула его внимательным взглядом.

Она знала шефа Чжао много лет: даже устав, он спал довольно чутко. А сейчас они и вовсе находились посреди снежной пустыни, окружённые черепами, а он, тем не менее, крепко уснул? Такого прежде не случалось. Быть беспечным — не то же самое, что быть бессердечным.

Чжу Хун склонилась ближе и принюхалась.

— Не шевелись. — Чжу Хун откинула одеяло и тщательно провела рукой по его кромке. На пальцах осталась коричневая пыль, понюхав которую, она, наконец, поняла.