Усмиритель душ (СИ)

Очнувшись, Шэнь Вэй осознал, что его опутывают всевозможные трубки, и осторожно сел, избавляясь от них по одной.

— Боюсь, придётся тебе здесь задержаться на несколько дней, — лениво предупредил его знакомый голос. В палате сидел Чжао Юньлань, кутаясь в расстёгнутую куртку и держа в руках кружку с чем-то горячим.

— Мы в больнице? — непонимающе спросил Шэнь Вэй, изменившись в лице. — Я… Сколько я выпил?

— Достаточно, чтобы у тебя остановилось сердце.

Шэнь Вэй даже не догадывался, что настолько не переносит алкоголь.

— Это я виноват, — сказал он, — ты меня напугал, а я был достаточно пьян и растерян, чтобы вызвать скорую. Этого, конечно, делать не следовало: теперь тебе придётся пару дней играть в пострадавшего и подыгрывать здешним докторам…

Что-то неуловимо изменилось в его голосе.

Чжао Юньлань слегка улыбнулся и тихо добавил:

Шэнь Вэй молчал несколько долгих минут, и Юньлань не собирался его торопить — только устроился поудобнее в своём углу.

Наконец, Шэнь Вэй вздохнул и взмахнул рукой. В один миг его больничная пижама сменилась знакомым чёрным плащом, а в ладони появилась глефа, и Шэнь Вэй с какой-то откровенной простотой уложил своё древнее оружие на колени.

В этот раз чёрный туман уже не прятал его лица.

— Как ты узнал? — тихо спросил Шэнь Вэй.

Чжао Юньлань долго смотрел на него, сощурив глаза, а затем улыбнулся:

— Я не знал.

Выражение лица Шэнь Вэя невозможно было описать словами.

— Я, конечно, подозревал. Слишком много совпадений: вспомнить, хотя бы, твоего кукольного посыльного и его появление в пещере Ханьга. Или нашу встречу со стражем преисподней: ты откуда-то знал, куда он ведёт все эти души. А ещё он дважды поклонился нашей машине. Опять же, Чжу Хун умудрилась напрочь забыть о тебе… Вам доступны эффективные методы перемещения, Ваша Честь; должно быть, вы успели побывать на «другой стороне» и вернуться назад незамеченным.

Когда Шэнь Вэй целую ночь смотрел на него в хижине. Именно тогда Чжао Юньлань впервые что-то заподозрил. Однако говорить об этом Палачу Душ было странно, и Юньлань поспешно притормозил и проглотил остатки своих рассуждений.

— И кроме того, твоё сердце остановилось так резко, что моим первым инстинктом было спросить о тебе книгу Жизни и Смерти.