Усмиритель душ (СИ)

Увидев, как Шэнь Вэй и Юньлань негромко перешёптываются на пути в больницу, он поспешно отошёл на три шага и низко опустил голову. Замёрзший и несчастный, он был похож на участника какого-то скорбного шествия.

В разгар сезона простуд больница была переполнена людьми, между которыми Го Чанчэну пришлось лавировать в отчаянной попытке избежать столкновения. В конце концов он сумел пробиться сквозь толпу, но к тому времени Чжао Юньланя и Шэнь Вэя уже было нигде не видать.

К счастью, Чанчэну уже доводилось здесь бывать, и он начал понуро подниматься по лестнице.

На шестом этаже несколько врачей и медсестёр прокатили мимо него пациента на каталке, и Чанчэн живо отошёл, уступая им дорогу.

И случайно посмотрел в окно.

Ему были слишком хорошо знакомы странные видения, что являлись ему в отражениях, и потому Го Чанчэн давно научился с этим справляться: обзавёлся целым рядом привычек — закрывать занавески и включать телевизор сразу же по приходу домой, глянцевый столик застилать скатертью, а ноутбук открывать только прямо перед использованием.

Но сейчас хватило одного неосторожного взгляда, и Го Чанчэн уже не смог отвести глаз от стекла.

За окном на высоте шестого этажа стояла высокая фигура: мужчина, очень худой, в поношенной пуховой куртке и старенькой шапке, из-под который виднелись седые волосы. Го Чанчэн невольно изумился его внешности, чувствуя, как часто колотится сердце, и понял, что правда не может перестать пялиться.

Но стоило Го Чанчэну опустить глаза, и его рот сам собой распахнулся, а лицо исказилось диким ужасом.

У человека за окном не было ног, и он парил в воздухе!

Его ноги были почти полностью отрезаны от тела: через узкое окошко Го Чанчэн ясно видел эту его необычную рану. Из гниющей плоти явственно выступал белый осколок кости… И кровь: она всё ещё сочилась из раны, стекала по стеклу сквозь щели в раме и маленькой лужицей уже собиралась на полу.

Однако персонал больницы всего этого как будто не замечал.

Безногий мужчина молча смотрел сквозь стекло.

Его лицо было вымазано кровью и грязью, а глаза норовили выкатиться из орбит, но выглядел он всё равно жуткой восковой фигурой. Неподвижный и бледный, он молча взирал на людей за стеклом и скупо улыбался сухими потрескавшимися губами.

В этот момент кто-то тронул Го Чанчэна за плечо, и жуть перехватила ему горло, мешая кричать. Чанчэн только подпрыгнул, выпучив глаза, и позабыл даже о том, что надо дышать. Сердце колотилось у него в груди, норовя выскочить наружу.