Усмиритель душ (СИ)

— Всех полицейских из местного участка отозвали, а внизу я наткнулась на офицера Ли, и он пригласил нас на ужин, но…

Увидев идущего к ним Шэнь Вэя, Чжу Хун оборвала себя на полуслове и понизила голос:

— Дело только наше, что будем делать?

Заметив недоверие в её глазах, Шэнь Вэй сунул стаканчик с кофе в руки Чжао Юньланю и вежливо произнёс:

— Не буду вам мешать.

Юньлань тут же схватил его за руку и лениво заявил:

— Я тебя не отпускал. Вдруг ты передумаешь, а я потом не смогу тебя найти?

В больничных коридорах всегда полно людей.

А Чжао Юньлань к тому же был высоким, ладным и очень красивым человеком, присутствие которого невольно притягивало взгляд. А стоило ему начать лапать другого мужчину… Кое-кто уже вовсю глазел на бесплатный спектакль.

— Мы на людях, — тихо предупредил Шэнь Вэй. — Будь аккуратнее.

Услышав эти слова, Юньлань немедленно развернулся к зевакам и громко спросил:

— Чего пялитесь? Никогда раньше не видели пару красивых геев?

Таких — точно не видели.

Гордый собой, Юньлань обернулся обратно к Шэнь Вэю, ища его расположения.

Шэнь Вэй не сумел подобрать для него нужных слов.

А Чжу Хун поверить не могла, что их бравый и смелый шеф Чжао может быть таким идиотом. Стыдно смотреть!

Шэнь Вэй нахмурился:

— Ты на работе. Неправильно будет тебя отвлекать.

— Да, шеф, — поддакнула Чжу Хун, — у нас же правила…

— Правила тут диктую я, — отрезал Юньлань, — и в моих силах менять их так, как вздумается.

Кроме того, там только сказано, что к делу нельзя допускать посторонних, а он уже давно для нас свой.

Шэнь Вэй замер — на мгновение ему показалось, что Юньлань собрался раскрыть его личность перед Чжу Хун.

Но Юньлань только таинственно понизил голос и с гордостью изрёк:

— Разве моя вторая половинка [1] может быть посторонней?

Шэнь Вэй окончательно лишился дара речи.

Чжу Хун торопливо отвернулась к окну и ровным голосом, словно у оператора сотовой связи, произнесла, обращаясь к Го Чанчэну:

— Малыш Го, смотри, какой закат зелёный! Словно в уксусе мариновали! [2]

Го Чанчэн потёр глаза.

Чжао Юньлань сухо кашлянул, взял себя в руки и вернулся в образ строгого шефа.

— Так… Чжу Хун, позвони остальным, пусть едут сюда. Особенно Линь Цзин! Паршивец вчера сбежал самым первым, пусть теперь пожинает плоды своей лени.