Усмиритель душ (СИ)

Ты… Разве ты не боишься небесной кары?!

Чжао Юньланю едва ли доводилось видеть Шэнь Вэя настолько рассерженным. Видеть его в такой ярости было больно, и Юньлань торопливо взял его холодные пальцы в свои.

— Это всё я виноват, да, я виноват. Хочешь ударить меня — так бей, но только не злись. Пожалуйста, не злись на меня.

Шэнь Вэй отдёрнул руку.

— Я не шучу! Тебе известно, что призыв Теневой Армии — заклинание тёмной магии, запрещённое во всех трёх мирах? Ты понимаешь, с чем заигрываешь? И чем рискуешь? Законы природы тебе нипочём, так ведь? Неужели, чтобы ты одумался, должно случиться самое плохое? Ты… Ты… — Оборвав себя, Шэнь Вэй помедлил, а затем дрогнувшим голосом выдохнул: — Что мне делать, если что-то случится с тобой?

Чжао Юньлань порывисто обнял его и поцеловал в волосы:

— Прости, малыш.

Этой бережной лаской он надеялся успокоить Шэнь Вэя, но тот лишь рвано выдохнул и оттолкнул его, с силой вжал в стену одной рукой и сгрёб за ворот второй.

— Не нужно пытаться обдурить меня, — хрипло предупредил он, — твои отработанные годами трюки здесь не сработают.

— Тогда чего ты от меня хочешь? — беспомощно улыбнулся Юньлань.

И эта улыбка заставила светящуюся в глазах Шэнь Вэя ярость медленно отступить. Его лицо смягчилось… Невозможно было оставаться злым на Юньланя, даже если бы тот неосторожно пробил дыру прямо в небе.

Вздохнув, Шэнь Вэй разжал пальцы и тихо сказал:

— Можешь ли ты хоть иногда держать себя в руках?

Чувствуя себя виноватым, Чжао Юньлань торопливо кивнул.

Шэнь Вэй бережно взял его раненую руку в свои и спросил:

— Болит? — Юньлань покачал головой. — Прости, только что… Я немного вышел из себя.

— Ты оттолкнул меня, — тихо сказал Юньлань. — И накричал на меня. С другими всегда такой вежливый, а на меня наорал.

Это был такой же бесстыдный флирт, как обычно, но Шэнь Вэй, не поняв этого, забеспокоился и беспомощно заглянул Юньланю в лицо, обняв его ладонями.

— Я… — Юньлань смотрел на него без всякого выражения. — Я не хотел…

В его глазах загорелась паника.

Чжао Юньлань выразительно коснулся кончиками пальцев своих губ.

— Но я прощу тебя, если хорошенько обо мне позаботишься.

Шэнь Вэй застыл, переваривая сказанное, а затем резко выдохнул, отворачиваясь:

Его уши ярко горели румянцем.