Усмиритель душ (СИ)

Если призрачное племя было освобождено после разрушения горы Бучжоу, то Шэнь Вэй и не мог точно знать, кто её разрушил.

Поколебавшись, Шэнь Вэй всё же спросил:

— Когда ты был внутри священного древа, что ты…

— Священное дерево показало мне события тысячелетней давности. — Юньлань снова оторвал голову от подушки и посмотрел на Шэнь Вэя. — Я видел нашу первую встречу: ты свалился с валуна в озеро. Это, наверное, из-за того, что я слишком красив: настолько, что ты был ослеплён моей красотой и попросту свалился в воду… ай!

Шэнь Вэй неосознанно сжал руки на талии Юньланя покрепче.

— Ай! Ты пытаешься убить своего мужа?

Шэнь Вэй мягко погладил его поясницу и продолжил ласково разминать мышцы. Но, возможно, потому, что самое сокровенное между ними уже произошло, он неожиданно признал:

— Так и есть. Когда я впервые тебя увидел, то был так поражён, что едва не лишился чувств. Никогда не забуду тот момент.

Чжао Юньлань самодовольно улыбнулся:

— Эхе-хе, профессор Шэнь, избавьтесь-ка от своих бесполезных очков и явите супругу свой длинноволосый облик.

Шэнь Вэй послушно снял очки и принял истинный облик. Угольно-чёрные волосы тёмной волной растеклись по постели.

Возможно, только глупые мужчины питали слабость к длинным волосам. Но от этой нежной красоты сердце Юньланя сладко дрогнуло. Он долго и завороженно смотрел на Шэнь Вэя, а затем протянул руку и принялся перебирать мягкие прядки. И тихо, с искренним восхищением, сказал:

— Ты очень, очень, очень красивый. Моя жизнь стоит того, чтобы её жить.

Шэнь Вэй продолжал разминать его спину и плечи, и в конце концов с лица Юньланя сошла эта глупая улыбка. Он помолчал немного, а затем вскинул бровь и заявил:

— Но вообще я вот что думаю. Поскольку я вырос с этой жирной задницей, Да Цином, даже если бы он как-то неправильно со мной поступил или сбежал бы с богиней кошек, я бы не возражал. Я бы вообще ничего не сделал.

Шэнь Вэй озадаченно на него взглянул, не совсем понимая, как разговор вдруг перешёл на котов.

— Если я действительно обещал Чи Ю заботиться о его потомках, и на моих глазах целые поколения драконов вырастали из мелких червячков до зверей длиной в миллион миль, я бы никогда не ослепил божественного дракона и не швырнул бы его в гору Бучжоу. Я бы скорее руку себе отрезал, — решительно сообщил Чжао Юньлань. — Так что я определенно не выкалывал дракону глаз, и разрушение горы Бучжоу — тоже не моих рук дело. Судья наплёл мне ерунды, и всё это неправда.