Усмиритель душ (СИ)

— С того самого момента, как Шэнь-нун позаимствовал огонь души из моего плеча… Нет, со времён войны между богами и призраками, с сотворения Нюйвой человечества, с момента, как Паньгу расколол мир — это было предначертано. Мне было предначертано умереть здесь и сейчас. Даже если ты вновь запечатаешь мир, ты лишь сделаешь мою смерть бессмысленной. Это ничего не изменит.

Он продолжил мягким и терпеливым тоном, какой использовал очень редко:

— Ты не понимаешь. То, что они называют судьбой, не означает, что все дороги ведут в одну точку, а ты связан по рукам и ногам.

На самом деле, каждый миг твоей жизни перед тобой стоит бесчисленное количество выборов. Неважно, выберешь ты землю или небеса, но в момент выбора у тебя останется один путь. Я не понимал этого, когда был молод. Ты тоже поймёшь, когда немного подрастёшь.

Король Призраков растерял все слова. Впервые в своей жизни он осознал собственную беспомощность. Он мог лишь убивать и пожирать. Он действительно был способен уничтожить весь мир, всех живых и неживых существ в нём.

Он мог заставить землю дрожать, а призраков — в страхе обратиться в бегство. Но зачем это всё?

Если он всё равно не мог спасти единственное существо, которое любил больше всего на свете.

Владыка Куньлунь видел, как гнев и тоска мешаются во взгляде Короля Призраков, который всё ещё не научился контролировать свои эмоции. [3] Тот на мгновение застыл, осознавая услышанное, а затем разрыдался.

Владыка Куньлунь смотрел на него с нежностью, сожалея о том, что не сможет увидеть, как это прелестное существо вырастет в настоящего красавца.

В мгновение ока пролетело пять тысяч лет. Приходили и уходили тяжёлые времена; место было всё то же, менялись люди.

Чжао Юньлань отшатнулся от камня так резко, словно его ударило током. Он почувствовал за спиной чужое присутствие, и этот кто-то негромко рассмеялся. Юньлань достал кнут Хранителя, сделал пару шагов назад, прижался спиной к скале и, наконец, увидел Призрачную Маску.

Тот смотрел на него, склонив голову на бок, и на его поддельном лице играла улыбка.

— Слышал, здесь хранятся воспоминания Нюйвы. Что ты увидел?

Чжао Юньлань, всё ещё ошеломлённый увиденным, прошипел:

— С чего бы мне тебе рассказывать?

Призрачная Маска неторопливо подошёл поближе и, следуя примеру Юньланя, коснулся каменного указателя.

— Пять тысяч лет назад мы с ним были близнецами, Королями Призраков. Но затем он решил посвятить себя великому владыке Куньлуню.