Усмиритель душ (СИ)

Шэнь Вэй, я люблю тебя, и мне не хочется ни в чём тебя подозревать. Подозреваю, что твой ответ может меня ранить, но я всё равно хотел бы услышать это от тебя, а не от посторонних. Ради тебя я нарушил столько правил и столько раз прощал тебе то, что прощать не следовало… Довольно. — Юньлань покачал головой. — Если так пойдёт и дальше, у нас действительно будут проблемы.

Он выглядел уравновешенным и спокойным, и это разительно отличалось от его обычной манеры общения. В его словах не было ни капли агрессии, а подвижное лицо светилось пониманием.

На мгновение Шэнь Вэю показалось, что сам владыка Куньлунь явился к нему прямиком из давних воспоминаний — или, скорее, переродился заново.

Сердце Шэнь Вэя отчаянно забилось от испуга. С самого рождения он презирал этот мир и не знал настоящего ужаса, но прямо сейчас волна страха накрыла его с головой, заставляя дрожать всем телом.

«Ему всё известно, — подумал Шэнь Вэй. — Я сделал всё, что мог, но ему всё равно всё известно…»

На пике отчаяния древний Король Призраков едва не последовал своему первому порыву: решить проблему столь же грубо, как свойственно его племени — просто свернуть этому человеку шею.

Он мог бы проглотить чужую плоть и кровь, сделав её своей, и тогда в этом мире не останется никого, кто мог бы ему угрожать. Кто мог бы заставить его дрожать от страха в предчувствии ужасной потери.

Но Шэнь Вэй уже давно не был просто Королём Призраков, чьё сердце было пусто и холодно, словно камень. Давным-давно он научился подавлять свою истинную натуру и в результате превратился в человека, которого владыка Куньлунь с нежностью описывал как «ласкового и честного».

Сдержанность уже въелась ему под кожу, текла в крови и была практически высечена на костях.

Шэнь Вэй задержал дыхание, и его лицо побледнело, словно снег.

Безымянная прохлада омыла его сердце, словно родник: без напора, она мгновенно проникла внутрь и вернула ему присутствие духа. Шэнь Вэй выдохнул и слегка сжал онемевшие пальцы.

Чжао Юньлань терпеливо ждал — казалось, он готов всё свое терпение спустить на Шэнь Вэя.

Бережно поглаживая Шэнь Вэя по голове, он снова и снова пропускал сквозь пальцы мягкие пряди, не в силах выразить свои чувства словами, и вспомнил вдруг, как эти волосы, длинные, до пят, растекались по их постели ещё этим утром.

Восхитительная картина. Юньланю казалось, что с тех пор минула целая вечность.

Время шло, а они молчали: оба знали, что дело серьёзное, но отчаянно не желали об этом думать.