Усмиритель душ (СИ)

— Нет, это сейчас неважно! Вы правда верите тому, что он сказал?

Скрываясь за Лампой Хранителя, Шэнь Вэй позволил контурам своей фигуры проявиться в воздухе и растерянно взглянул на Чжу Хун.

А она, опираясь на каменную стену, тяжело вздохнула:

— Шеф Чжао постоянно намекает, что мне недостаёт ума, и потому я не до конца понимаю, что именно вы здесь устроили. Но даже если все эти заговоры и сложные схемы выглядят весьма впечатляюще, профессор Шэнь, вы — человек, который с молотком обращается тоньше, чем с иглой.

И шеф Чжао вас по-настоящему любит.

— Шеф Чжао сотню раз обещал содрать с Да Цина шкуру, и что в итоге? Глупый кот всё ещё как сыр в масле катается и только становится с каждым годом ещё жирнее.

Никогда в жизни Чжу Хун не подумала бы, что в один прекрасный день ей придётся вот так поучать Палача Душ, а тем более — что он окажется её соперником в борьбе за сердце Чжао Юньланя, против которого у неё не останется никаких шансов. От этой мысли во рту у Чжу Хун стало горько, а в груди поднялись чувства, которые нельзя описать человеческим языком.

— Я застала момент, когда Призрачная Маска вас похитил. Шеф Чжао выглядел так, словно собирался своими руками накрошить его на десять тысяч кусков. Мы работаем вместе уже много лет, и я легко могу отличить настоящую злость на его лице от притворного раздражения. Думаете, это очень приятно? Понимать, что никакая ложь на деле не заставит его отвернуться от вас? — Чжу Хун усилием воли задвинула поглубже собственные переживания и продолжила: — Шэнь Вэй, я бы хотела… Конечно, теперь я попросту не посмею, но… Представьте, что вы удрали из дома, заставив вашу мать сходить с ума от волнения, и по возвращению она наградила вас парочкой тумаков.

Разве она не права в своём гневе? — Шэнь Вэй неотрывно смотрел на неё нечитаемым взглядом, и какое-то время Чжу Хун его выдерживала, а затем отвернулась. — Простите, я помню, что у вас нет матери.

— Ничего страшного, — тихо отозвался Шэнь Вэй.

Других идей у Чжу Хун не оказалось, и какое-то время между ними висело неловкое молчание, а затем Шэнь Вэй негромко спросил:

— Ты… Он тебе правда нравится, не так ли?

— Нравится, — задушенно призналась Чжу Хун.

Произнесённые вслух, эти слова заставили её сердце биться чаще.

— Тогда зачем ты пытаешься нас помирить?

Чжу Хун закатила глаза:

— Не хочу, чтобы он расстраивался из-за вас. Понятно?

На лице Шэнь Вэя мельком отразилось смятение, а брови тесно сошлись на переносице.