Усмиритель душ (СИ)

Шевелиться Юньланю не хотелось, и он попытался обмануть сам себя, залив желудок стаканом тёплой воды. Этого хватило на сорок минут: после его снова скрутило, ещё сильнее, и подскочила температура. Делать было нечего — пришлось ползти за едой.

На улице стоял холод, но Чжао Юньлань, поленившись, надел только штаны и набросил поверх пижамы длинное пальто. Даже о носках не позаботился.

Явившись в знакомый маленький ресторанчик, он заказал жареный рис и тарелку отвара.

Это должно было занять какое-то время, и Юньлань довольно быстро осознал, что стоило одеться теплее, но всё равно решил смотаться в ближайший магазин за сигаретами.

Проходя мимо тускло освещённой дорожки, он вдруг услышал резкое:

— Деньги давай, живо! — требовал хриплый мужской голос.

— Ты уж нас не вини, — добавил другой голос, — нам тоже не хочется так с тобой обходиться, но выживать как-то надо, правда? А ты одет ну прямо с иголочки, богатенький мальчик, просто делай, как тебе говорят, и никто не пострадает.

Идёт?

Чжао Юньлань осторожно приблизился к развернувшейся сцене: парочка хулиганов припёрла к стенке кое-кого очень знакомого.

Откуда он здесь взялся?

Вежлив и аккуратен профессор оказался не только со своими студентами. Он вёл себя так со всеми. И даже теперь, окружённый угрожающими мордами, Шэнь Вэй не стал возражать и послушно вытащил свой бумажник.

Грабители, увидев его податливость, оживились:

— И часы давай! Дорогие, наверное?

Шэнь Вэй молча расстегнул на запястье часы.

«Ну это уже никуда не годится», — подумал про себя Чжао Юньлань и вздохнул, не в силах больше на это смотреть.

Грабители выхватили у Шэнь Вэя часы и толкнули его к стене, и на шее профессора вдруг блеснул гладкий шнурок.

— Эй, у него что-то на шее, кажется, нефрит, — жадно крикнул кто-то.

Ещё один громила дёрнул Шэнь Вэя за ворот, обнажив маленькую подвеску между его ключиц.

Совсем небольшой, кулон ярко светился даже под тусклым светом уличных фонарей.

— Бриллиант, что ли? — один из грабителей протянул к нему руку.

Шэнь Вэй нахмурился и накрыл кулон пальцами, словно сокровище.

— Я отдал вам достаточно. Не перегибайте палку.

Его лицо потемнело, а глаза холодно взирали на обидчика. Того вдруг прошило ужасом, и он, удивлённый, отшатнулся.