Усни, красавица

Глазки изобрели не только для тех, кто боится вора, но и для любопытных соседей.

Лидочка поняла, что Осетров, если и вправду посетил Алену вечером, ничего не унес. Шкатулку не спрячешь под пальто и в портфель не положишь.

– Он в семь приходил? – спросила Лидочка настойчиво.

– Нет, он раньше приходил, наверное, в шесть приходил.

– Нет, недолго был. – Роза смотрела на Лидочку как заколдованная.

– Он был с портфелем?

– С сумкой своей. Как портфель, но мягкая. Небольшая такая сумка.

– Спасибо, Роза, вы мне очень помогли, – сказала Лидочка голосом адвоката Перри Мейсона.

Но Роза не знала, что имеет дело с детективом такого класса, ее как бы отпустило, и она сказала горестно:

– И что это я разговорилась?

– А вы и не говорили ничего такого особенного, – успокоила Лидочка Розу.

– Люди же могут подумать, что я за ними подглядываю, – защищалась бывшая дворничиха.

– Люди так не подумают, – заключила Лидочка и побежала вниз по лестнице. Роза осталась стоять на площадке.

Теперь быстрее в издательство – иначе из-за этих уголовных историй она загубит собственную жизнь.

В тот вечер у Лидочки случилась еще одна любопытная встреча – ну прямо из детективного фильма!

Когда она возвращалась к себе часов в семь – уже стемнело, она вдруг испугалась идти по лестнице. Нечто внутри, как короткий звоночек, предупредило ее об опасности.

Но домой все равно надо было возвращаться, а за помощью к коменданту не побежишь – он уже давно ушел домой, а где он живет, никто не знает.

Лидочка пошла сама с собой на компромисс.

Она поднялась на лифте на третий этаж, вышла из лифта и некоторое время стояла возле него, затаив дыхание. Она ничего не слышала, хотя ей упорно казалось, что некто стоит возле ее двери этажом ниже и тоже затаил дыхание.

Так продолжалось минут пять.

Затем Лидочка стала спускаться вниз, стараясь сделать это бесшумно.

Она спустилась на пролет и, выглянув из-за шахты лифта, увидела в полутьме своей площадки человеческую фигуру. Фигура сидела на узком подоконнике, сгорбившись и, видно, устав подстерегать Лидочку.

Теперь надо было бежать обратно к лифту, потому что мимо фигуры не пробежишь – она очнется и схватит. Но идти к лифту – значит повернуться к фигуре спиной… Лампочка на площадке, конечно же, не горела. «Господи, ну за что все это валится на меня!»

Лидочка, пятясь, стала отступать, нащупывая ступеньки каблуками сапог и на третьей или четвертой ступеньке она чуть-чуть ошиблась и ударила каблуком о ступеньку – почти неслышно, но все же.