Усни, красавица

– То есть у вас есть подозрение, что ее убили?

– Да, понадеявшись на то, что мы удовлетворимся вскрытием, понадеявшись на то, что у нас царит разруха и вскрытия производят чуть ли не ветеринары. Но зря понадеялись.

– Это удивительно и даже страшно.

– И теперь мне очень важно узнать, кто последним видел Алену Флотскую.

– Могу дать вам бесплатный совет, – сказала Лидочка.

– Рад получить хоть что-то бесплатно.

– Поговорите с соседкой Алены по лестничной площадке. Ее зовут Роза, она татарка, сидит дома и смотрит в глазок.

Знает все – кто к кому приходил и когда уходил.

– Такая карлица? С круглым лицом?

– Как офицер и джентльмен вы не должны считать, что мы квиты, а рассказать мне, кто убийца.

– Нет, пока следствие не закончено…

– Тогда и я вам не буду помогать.

– Я испуган, – засмеялся Шустов.

Подозреваемый был всего один.

Лидочка это понимала, а скоро это поймет и Шустов, если еще не понял. А Соня уверена в этом с самого начала. Правда, она не подозревала о цианистом калии, но моральную вину Осетрова считала аксиомой.

Когда его видела Роза? В шесть вечера. И он пробыл у Алены час. Она умерла ночью, часа в два. А в шесть у нее был Осетров, и они с Аленой ссорились. Алена угрожала Осетрову самоубийством, и тогда ему пришла в голову светлая мысль: если ты угрожаешь покончить с собой, то кончай. Только на самом деле, без игрушек. Он возвратился к возлюбленной ночью. Может быть, она как раз собиралась начать свое действо, а может быть, безмятежно спала… Как он это сделал – покажет следствие.

Но мотив убийства у него был, возможности – замечательные. Даже Соня пребывала далеко, на даче. Почти идеальное убийство. И если бы патологоанатом не стал копаться глубже, чем принято в наши дни, возможно, она бы уже была предана земле или огню…

К Шустову Лидочка пришла в два часа. Шустов объяснил необходимость в новых показаниях тем, что до сегодняшнего дня велось дело о самоубийстве, и при современной занятости милиции никто бы не посетовал, если какие-то формальности не были бы соблюдены.

Человек умер, наследственных сложностей не возникает, все чисто. Захотела умереть – умерла. Но как только этот дотошный патологоанатом отыскал в ней цианистый калий и мы получили на руки еще одно нераскрытое убийство, следователь тут же потребовал оперативной работы, которой Шустову совершенно некогда заниматься. И если бы не его отношение к Лидии Кирилловне, он бы взял бюллетень по поводу язвы – сил больше нет.