Успеть сказать люблю

 — А ты помнишь, чтобы он на парад девушку приводил?

— Да было такое как-то вроде… — неуверенно протянул Семен Константинович. — Какая-то белобрысая мымра.

— Вот именно! — торжествующе воскликнула Мария Игнатьевна. — Мымра! Как ты выразился — белобрысая. А на эту девочку посмотри-ка внимательнее.

Семен Константинович исполнил просьбу жены и снова повернул голову в сторону младшего сына. В этот момент к Косте с Аней присоединилась Ксюша. И Константин теперь обнимал за плечи двух девушек и выглядел еще более довольным — собой и жизнью.

— Ну, проверим твою наблюдательность, — супруга капитана Драгина явно наслаждалась разговором. — Что можешь сказать?

— А с Ксюхой-то они похожи… Как сестры прямо.

— Молодец! — подбодрила Мария Игнатьевна мужа. — А больше Аня тебе никого не напоминает?

Капитан Драгин наклонил голову. Прищурил глаз. Подергал себя за ус, подкрутил его.

— По-моему волосы… в смысле убраны… то есть прическа у нее — ну точь-в-точь как у тебя была в молодости."

"— Угу, — улыбнулась Мария Игнатьевна.

— Слушай… — Семен Константинович наклонил теперь голову в другую сторону, внимательно разглядывая стоящее неподалеку трио. — Ну надо же… Так что же это, значит…

- Значит это, Сёма, только то, что вас, Драгиных, на один типаж женщин тянет. Прямо как магнитом. Вот и Костя свою, ему нужную, нашел.

— Ишь ты… — покачал головой Семен Константинович. — И что, как думаешь, Маша, когда таки на свадьбе будем гулять?

Мария Игнатьевна рассмеялась.

— А это от Костика зависит.

— Ну как обычно, как что плохое в сыновьях — так непременно от меня! — фыркнул капитан Драгин.

— Упрямство — это не всегда плохо, — вздохнула Мария Игнатьевна. — Но в делах сердечных — больше помеха.

* * *— Поверь мне, я спас тебя! И твои джинсы — от окончательного фиаско. После маминого обеда мы бы выкатились. Круглые, как два шара.

— То есть, ты считаешь, что я толстая… — Аня предупреждающе сузила глаза.

— Не начина-а-а-ай! — взмолился Константин. — У тебя идеальное тело. И лучше не рисковать, скармливая ему мамины эскалопы и пироги!

— Идеальное, говоришь… — протянула Аня. Поддернула выше подол платья, открывая красивые круглые загорелые колени.

— Так-так… — подбодрил девушку Константин, устраиваясь удобнее и облокачиваясь на руль.

Платье медленно доползло почти до верха бедра и там остановилось.

Какое-то время они смотрели.