Утес чайки

Тем более с вашим прошлым… – Калеб кивнул на увесистую папку на столе рядом с ним. – У вас ведь уже были неприятности в две тысячи пятом году, верно?

Брендан побледнел еще больше. Наверное, полагал, что старое дело пылится в каком-нибудь забытом архиве и никогда больше не выйдет на свет.

– Тогда вам было семнадцать лет, – продолжал Калеб. – Вы только что закончили школу и поступили на работу в «Йоркшир пост».

– Да, – прохрипел Брендан и прочистил горло: – Да, именно так.

– Вы жили с матерью в Скарборо.

– Да.

– И общались с молодыми людьми, которые пользовались дурной репутацией. Угоняли автомобили, издевались на улицах над прохожими. Совершали кражи в магазинах. Подобные вещи были у них чем-то вроде испытания на мужество.

– Я никогда не делал ничего подобного, – заверил Брендан.

Калеб склонялся к тому, чтобы ему поверить. Брендан из тех, кто боится собственной тени. Странно, что он вообще примкнул к этой банде. Как видно, хотел, спрятавшись за спинами дерзких и беспринципных, почувствовать себя сильнее…

– Двадцать второго сентября две тысячи пятого года, – продолжал Калеб, – когда пятнадцатилетняя Сара Фишер возвращалась из школы домой, к ней подошла группа молодых людей, с предложением приятно провести время в уединенном месте.

– Меня не было с ними, – тихо заметил Брендан.

– По словам Сары Фишер, спустя полтора часа атмосфера в здании фабрики накалилась до предела. Алкоголь и наркотики, конечно, сыграли свою роль. Молодые люди сначала домогались Сары в самых непристойных формах и выражениях и насильно удержали ее, когда она захотела уйти. Потом, как вам известно, мистер Сондерс, ее изнасиловали. Это продолжалось…

– Меня не было там, клянусь, – оборвал инспектора Брендан.

Калеб кивнул. Он внимательно прочитал материалы дела.

– Согласно вашим показаниям, в тот день вы ушли из редакции около полудня, потому что почувствовали себя плохо. Кишечная инфекция, судя по всему. Это подтвердил ваш начальник. Вы вернулись домой и остаток дня провели в постели.

– Да, моя мать это подтвердила.

– Я знаю. Мне интересно только, как далеко может зайти мать, защищая сына.

– Девушка тоже меня не опознала.

– К сожалению, как и двух других преступников, позже во всем сознавшихся.