Утес чайки

То же с Дэвидом Чаплендом, с которым, по словам Амели, она никогда не встречалась.

После нескольких часов осторожных и настойчивых попыток Амели дала наконец описание преступника. Точнее, указала некоторые черты его внешности, неизвестно, насколько близкие к действительности.

Во время беседы она всячески пыталась уклониться от темы. Кейт знала, о чем сейчас думает Калеб Хейл: можно ли доверять этой информации или же девушка просто бросила полицейским кость, чтобы ее оставили в покое?

Но если исходить из того, что информация верна – а на данный момент ничего другого у полиции не было, – они имели дело с мужчиной лет пятидесяти, высоким, стройным, с мягкими чертами лица.

– Выражение лица почти детское, – добавила Дебора.

Ей и Джейсону показали фоторобот, но они не знали никого, кто выглядел бы так.

– Может, живет где-нибудь поблизости? – допытывался Калеб. – Кто-то из пациентов доктора Джейсона, случайный прохожий, привлекший ваше внимание? На парковке возле «Теско», к примеру.

Нет, нет и нет. Как ни ломали голову супруги, они не смогли вспомнить никого, кто хотя бы отдаленно напоминал предполагаемого похитителя Амели.

На вопрос, узнала бы она его, если б вдруг столкнулась с ним лицом к лицу, Амели сначала отвечала уклончиво, но в конце концов кивнула. Да, она его узнает.

– Сейчас возле нашего дома дежурит полиция, – сообщила по телефону Дебора. – Два человека в машине. Если вдруг…

Все понятно. Амели сбежала от преступника, она знает его в лицо и сможет описать. Если мужчина проживал в Скарборо или окрестностях, ее побег обернется для него кошмаром.

На улице, в супермаркете, в автобусе или на берегу моря – он мог встретить ее в любой момент и где угодно. Следовало ожидать, что он снова попытается ее похитить. Или заставить замолчать как-нибудь иначе.

Кейт была готова держать пари, что он – добропорядочный горожанин, с постоянной работой, хорошей семьей и вовремя платит за квартиру. Об этом говорил весь ее полицейский опыт. Значит, просто взять и сорваться с места для него проблематично.

Между тем каждую минуту ему грозит опасность быть опознанным и арестованным.

– Большего от нее пока не добились, – продолжала Дебора. – Ничего конкретного ни о побеге, ни о том, где и как она провела эти дни. О чем бы ни спросили, Амели вспоминает, как перелезла через причальную стену и каким ужасным был для нее следующий час. Как будто вся ее жизнь вдруг свелась к минутам, когда она висела над водой. Она просто не может говорить ни о чем другом.