Утомленное солнце

– Да, нашему сыну… А что, разве я не женщина? Разве я не была с тобой?

Напомнить бы ей, с кем она была… Точнее, под кем… Но что-то пропало желание. Неужели у него есть сын!

– Ты не рад?

– Рад.

Он в самом деле был рад. Хотя что-то сдерживало бурное проявление чувств.

– А ты надолго приехал?

– Нет. На три дня. Затем обратно в часть…

– И большая часть?

– Не часть, соединение. Авиационный корпус.

– Так ты целым корпусом командуешь? Даже не дивизией…

– Корпусом. Только штаб далеко, на Дальнем Востоке…

– Ну и что, и на Дальнем Востоке тоже есть жизнь!

Артему показалось, что она хоть сейчас готова ехать с ним на край света.

В общем-то, ничего удивительного, жене генерала везде хорошо живется. Тем более если это не рядовой генерал, к тому же дважды Герой Советского Союза.

– А что мы стоим? Холодно же! А ну пошли!

Влада ярко улыбнулась, взяла Артема под ручку и повела к своему дому. Ему показалось, что он попал в какой-то воздушный поток, из которого невозможно вырваться. И прежде всего из-за недостатка желания… Все-таки Влада по-прежнему имела над ним власть.

К тому же у них ребенок. И характер у Артема суровый. Он сумеет отбить у нее охоту искать маститых кобелей…

– Родители так и остались на Урале… – щебетала она. – Отец письмо написал. Про тебя спрашивал. Он так хотел, чтобы мы поженились… Это мама меня отговаривала. Летчики, говорят, долго не живут. Разбиваются часто. А если еще война, говорит, начнется…

– Война уже закончилась. Как видишь, я жив…

– А ты и не мог погибнуть! Я же тебя ждала!

Может, не такая уж она и пропащая, как он о ней думал.

К тому же она красивая. И он ее любит… Артем чувствовал, как разгорается не совсем еще потухший костерок.

Они поднялись к ней в квартиру, зашли в прихожую. И тут навстречу им из комнаты выбежал мальчик лет трех. Влада весело подхватила его на руки.

– Антоша! Познакомься! Это твой папа!

Мальчик недоуменно смотрел на Артема. Что еще за папа?

Да и не мог Артем быть его папой. У ребенка черные кучерявые волоса, смуглая кожа, подозрительно знакомый нос.

Его кавказское происхождение так и лезло в глаза. А в памяти всплыла картинка из далекого сорок второго. Влада на кровати с раздвинутыми ногами, а на ней гарцует лихой джигит с четырьмя шпалами в петлицах. Вот кто, оказывается, папаша…

– Владислава! – донесся из спальни хриплый мужской голос.

Влада нахмурилась, метнула в сторону комнаты досадливый взгляд. И с нескрываемой злостью:

– Сейчас!

Артему показала на горницу. Проходи, мол, я сейчас.