Уцелевший

Маневрирую и увертываюсь, отклоняюсь назад, прорываюсь вперед, делаю спринтерские рывки и неожиданные повороты. Двадцатиярдовая линия. На бегу я разбрасываю вокруг себя горящие георгины, чтобы никто не подставил мне подножку. Десятиярдовая линия.

Десять тысяч взбешенных мужиков норовят сбить меня с ног.

Среди них много пьяных, но есть и настоящие профессионалы, хотя в отличие от меня никто из них не сидит так конкретно на лекарствах и стимуляторах.

Руки пытаются ухватиться за фалды моего белого смокинга.

Люди бросаются мне под ноги.

Это стероиды спасли мне жизнь.

Я пробегаю ворота и несусь к выходу с поля, к стальным дверям.

Мой факел уже прогорел почти весь, и я швыряю его через плечо. Протискиваюсь сквозь приоткрытую дверь, закрываю ее за собой и задвигаю засов.

Толпа бьется о дверь с той стороны, и у меня есть пара минут. В раздевалке нет никого, кроме гримерши. Мертвое тело агента лежит, накрытое простыней, на кушетке рядом с длинным столом, где закуски. Закуски не отличаются разнообразием: сандвичи с индейкой и свежие фрукты.

Гримерша ест сандвич. Она кивает в сторону мертвого тела и говорит:

— Неплохо сработано.

Она говорит, что она тоже его ненавидела.

У нее на руке — золотой «Ролекс» агента.

Я говорю: а они все с индейкой или есть с чем-то другим?

Гримерша передает мне бутылку воды и говорит, что у меня смокинг сзади горит.

Я говорю: как отсюда выйти? В смысле, наружу?

Вон в ту дверь, говорит гримерша.

Стальная дверь у меня за спиной сейчас сорвется с петель.

Пройдешь до конца по коридору, говорит гримерша.

Потом повернешь направо.

Выйдешь из двери с надписью ВЫХОД.

Она говорит, что остался один сандвич с паштетом.

Держа сандвич в руке, я выхожу через дверь, на которую указала гримерша, прохожу по коридору, поворачиваю направо, вижу дверь с надписью ВЫХОД.

Снаружи, на автостоянке, меня уже ждет красная машина с автоматической коробкой передач, Фертилити — за рулем, Адам — на переднем сиденье.

Я сажусь сзади и запираю дверцу. Говорю Фертилити, чтобы она закрыла окно. Фертилити переключает программы на радиоприемнике.

Толпа уже выбежала на стоянку, толпа несется на нас.

Их рожи уже совсем близко. Если плюнуть — не промахнешься.

А потом небеса разверзаются над стоянкой.

Манна небесная. Я клянусь.

Белый дождь льется сплошной стеной, толпа падает — скользит и падает, падает и растягивается на земле.