Уцелевший

В позапрошлом — японский сад сплошь из пластиковых растений. Работа несложная: выдернуть из земли все цветы, разобрать их и повтыкать обратно, только расположив по-другому. Поддерживать их в порядке совсем не трудно. Поблекшие цветы надо просто подкрасить аэрозольной краской.

Чтобы шелковые цветы не мохрились по краям, их надо смазать прозрачным мебельным лаком или побрызгать лаком для волос.

Искусственный тысячелистник и пластиковые настурции надо периодически поливать из шланга, чтобы не скапливалась пыль.

Искусственные розы, закрепленные на отравленных мертвых кустах, надо немного ароматизировать, чтобы они пахли розами.

Какие-то синие птицы расхаживают по лужайке, как будто ищут в траве потерянные контактные линзы.

Чтобы ароматизировать розы, я выливаю остатки ядохимиката из баллончика с распылителем и заливаю туда три галлона воды и пол флакона «Eternity» от Кельвина Кляйна. Искусственные маргаритки я сбрызгиваю раствором ванилина. Искусственные астры — туалетной водой «White Shoulders».

Почти для всех остальных цветов я использую аэрозольные освежители воздуха с цветочным запахом. Для тимьяна лимоннопахнущего — мебельный лак «Лимонный».

Согласно моему плану по обхаживанию Фертилити Холлис, я должен предстать перед ней настоящим уродом. Специально. Таким грязным, немытым чудовищем. И хотя очень трудно испачкаться должным образом, когда ты садовничаешь, не прикасаясь к земле, от меня пахнет едкими ядохимикатами и нос у меня обгорел на солнце. Проволочным стебельком пластиковой каллы я расковыриваю твердую землю и растираю ее себе по волосам.

Потом скребу по земле пальцами, чтобы набрать грязь под ногти.

Я не буду стараться как-то себя приукрасить перед Фертилити Холлис. Упаси Боже, только этого мне не хватало. Если я стану стремиться к тому, чтобы как-то себя приукрасить, — это будет самый проигрышный ход. Это будет большой ошибкой: расстараться и принарядиться, хорошо причесаться, может быть, даже тайком позаимствовать у человека, на которого я работаю, какой-нибудь шикарный костюм, что-нибудь из натурального хлопка в пастельных тонах, почистить зубы, побрызгаться этой штукой, которая называется «дезодорант», и заявиться в Мемориальный мавзолей Колумбии на свое второе свидание все тем же уродом, но с явными признаками того, что я очень старался как-то скрасить свое уродство.

Так что вот он я. Прошу любить и жаловать. Лучше уже не будет. Либо принимайте таким, какой есть, либо скажем друг другу «прощай».